Отец был в ужасе. Он спорил с мальчиком и неизменно терпел поражение, поскольку его собственное образование было, мягко говоря, ограниченным. В науке он, судя по всему, не смыслил ровным счетом ничего. Не сумев одолеть сына в споре, он обрушился на школу и преуспел в том, что преподавание естественных наук отменили. А затем, по словам Свейна–младшего, произошло чудо. Ему едва исполнилось шестнадцать, когда он обратился в веру на молитвенном собрании, которое проводил его отец. Радость отца можно себе представить. Его рвение было вознаграждено сверх всяких ожиданий.
Но дело было сделано. Юный Свейн прочитал всего Дарвина и более или менее переварил прочитанное. Извергнуть это из своего мировозрения он уже не мог. Он оказался в скверном положении. В его шестнадцатилетней голове должны были уживаться теория эволюции и отцовские догмы, да так, чтобы мозг не взорвался. Но, как я уже сказал, произошло чудо.
К радости прослезившегося отца сын объявил о своем намерении опровергнуть теорию эволюции и посрамить Дарвина вместе со всеми его последователями. Поначалу ему пришла в голову мысль уничтожить науку с помощью ораторского искусства. Юный проповедник имел успех ровно три месяца. Затем публика – дело было в Нью–Йорке – начала открыто над ним потешаться, а пресса окончательно добила его серией жестоких карикатур. Небраска приветствовала его возвращение домой и утешила его уязвленное тщеславие грандиозным митингом в его честь.
Его не ввела в заблуждение эта местечковая слава. Нью–Йоркский урок был усвоен твердо. Чтобы сокрушить науку, ему нужно было сначала освоить несколько трюков из самой научной игры. Здесь на помощь пришел отец. Почему бы сыну не выучиться на врача и своими глазами не увидеть факты, опровергающие дарвиновские бредни о людях, произошедших от обезьян? Эта идея разожгла воображение мальчика. Он станет медицинским миссионером и сразит целую академию обезьян одним силлогизмом. Будучи студентом–медиком, он изучит сравнительную анатомию; как врач–миссионер в Африке он увидит людей и обезьян в действии вместе и, умело применив свои медицинские знания, раз и навсегда продемонстрирует нелепый абсурд эволюции.
Согласитесь, для шестнадцатилетнего мальчишки это были неслабые амбиции. Его родной город в Небраске с радостью собрал необходимые средства, чтобы оплатить медицинское образование. В каком–то смысле это были хорошо потраченные деньги. Если вы не поленитесь заглянуть в архивы медицинского колледжа, то обнаружите, что Свейн окончил его лучшим на своем курсе.