Чтение книги: Человек-Паук. Майлз Моралес. Крылья ярости

– Дэвид! Дэвид, где ты? Я тут, живой!

Из соседнего дома едва ли не выкатывается второй мужчина и радостно падает в руки первого. Я улыбаюсь, узнав в них парочку, которую превратили в зомби в самом начале всего этого ужаса.

Молодой мужчина падает на колени и поднимает на руки маленького ребенка, качает его и гладит по голове.

Я смотрю на Питера.

– Всем им сейчас нужна наша помощь.

– Потому мы до сих пор здесь.

– Интересно, Джеймсон по-прежнему думает, что мы должны быть строго регулируемой муниципальной службой? – спрашиваю я.

Питер громко смеется.

– Уверен, он бы предпочел никак не регулируемую помощь, лишь бы его спасли.

Я смеюсь, а Питер помогает мне подняться. Я замечаю что-то вдалеке: три крошечных, едва различимых силуэта стоят неподвижно на крыше дома в квартале от нас. Сначала я подумал, что это статуи.

Может быть, двуногие орлы. Потом фигура посередине начинает шевелиться, раскидывает крылья в стороны и прыгает вниз, а за ней следуют две другие. Они исчезают в сером облачном небе, а я думаю, сможет ли Скворец снова поверить Стервятнику. Интересно, правда ли она отправится домой и где он находится. И еще мне интересно, наступит ли день, когда она посвятит свою силу и ум (а я видел, на что она способна) благому делу.

– Идем, – говорит Питер, хлопнув меня по плечу, – Человек-Паук.

– Ну и как я сегодня? – спрашиваю я. Он смотрит на меня, а затем сжимает мою руку.

– Майлз, ты спас город. Я бы этого без тебя не сделал. А ты сделал все, что мог.

– Я не сдался.

– Ты не сдался, – повторяет он, крепко меня обняв.

В кармане звонит телефон. Это мама. Я быстро говорю:

– Ответь!

– Майлз! – раздается мамин голос. – Майлз, слава богу! Мама, я дозвонилась. Майлз, где ты?

Я улыбаюсь и выдыхаю с облегчением.

– Все хорошо, мам. Скоро буду дома.

Глава 18

Я ВЫХОЖУ из магазина, и на улице меня встречает почти зимняя прохлада. Подставляю лицо редким солнечным лучам, почти последним в этом году, и направляюсь на угол, где мы должны встретиться с Ганке. Я втягиваю носом прохладный воздух и провожу рукой в перчатке по своим мелким кудряшкам, которые наконец, несмотря на прохладу, высохли. Выдыхаю, и перед глазами плывет облачко теплого пара. Я будто чувствую, как кусается холод, хотя и одет в шерстяную коричневую куртку.

Закутываюсь в нее потеплее. Это куртка моего отца. Она до сих пор хранит его запах. Куртка – единственное, что я оставил из папиных вещей, и мне странно, что она мне уже по размеру. В наушниках гремит музыка. Это мой новый трек, и басы в нем заглушают все остальные звуки, но я оглядываюсь вокруг и будто бы все равно их слышу: вот кто-то подметает крыльцо, кто-то наконец открывает дверь и видит дома свою семью. Потерянные дети, которые в панике бегали по улицам, пока взрослые превращались в пернатых зомби, наконец вернулись к родителям.

Город восстанавливается после хаоса, который посеял Стервятник. Надеюсь, что Скворец, где бы она ни была, знает об этом. Может, видела в новостях, а может, пролетала мимо, неважно.