Чтение книги: Человек-Паук. Майлз Моралес. Крылья ярости

Меня ослепляет светом, а когда зрение возвращается, я понимаю, что распластался на оконном стекле. Несколькими этажами выше, в дыре, которую мы проделали, исчезает огромная конструкция из металла с перьями.

«Вот ведь черт! – думаю я. – Как же я его опять упустил?»

И куда подевалась вся охрана? Я-то считал, в такое важное здание незнакомцу вообще не попасть!

А затем в ушах у меня нарастает голос неуверенности, подсказывающий, что пора звать Питера.

Я рычу от досады. Нет. Ни за что так просто не сдамся. Я до сих пор не уверен, каким Человеком-Пауком хочу стать, но точно не тем, который сдается, стоит скинуть его пару раз с крыши. Да и охрана должна подоспеть с минуты на минуту. Да, этот железный Голубь сломал систему оповещения об опасности, но ведь она успела сработать. Кто-нибудь должен был заметить сигнал, так ведь?

Так?

Но неважно, подоспеет помощь или нет, я должен справиться. Собираюсь с силами, отклеиваюсь от окна, стреляю паутиной в край дыры, в которую пролез злодей, и попадаю внутрь.

Что ж, пернатый, второй раунд. Оглядываюсь по сторонам и понимаю, что попал в бывший оупенспейс. Бывший, потому что сейчас его уже не узнать: компьютерные кресла валяются в разных углах, крутя колесиками в воздухе; стены боксов сложились одна на другую, как домино; пол усыпан обломками, которых так много, что, даже наступая на них в своей мягкой обуви, я провоцирую такой шум, будто прыгаю в металлических сапогах. Оборачиваюсь, размышляя, куда мог подеваться мой враг, и вдруг…

Бам!

Меня бросает вперед, и я лечу, издавая визг, за который мне становится стыдно. А затем – хрясь!

И я вылетаю в окно.

В другое. На секунду я становлюсь обычным подростком и напрочь забываю, что у меня есть суперспособности.

Затем я замечаю вверху металлического злодея, стреляю паутиной и цепляюсь за его ногу.

Слышится свист когтей, паутина разрезана, но я быстрее. Стреляю! И успеваю приклеиться ниткой паутины ко второй ноге противника.

Но и с ней быстро покончено. Я стреляю снова, опять цепляя свои поводья на красного металлического жеребца. Мы слишком высоко, чтобы можно было зацепиться за что-то другое, а я совсем не собираюсь падать с высоты пятидесяти пяти этажей, не устроив этому Голубю самую страшную головомойку, которую он видел. Стоит мне только поверить, что я смогу так играть, пока не одолею его (что бы это ни значило в моей ситуации) или пока не прилетят полицейские вертолеты, как меня ослепляет новая вспышка.

Перед глазами пляшут звезды. Почти уверен, что в этот раз я даже вижу, как вокруг моей головы порхают крошечные красные птички. Я разжимаю веки, понимаю, что оказался с другой стороны здания, и стону от боли. Грудная клетка ноет. Я почти ничего не вижу. Издалека приближается звук крутящихся лопастей вертолета, меня обдувает воздухом, и я жадно втягиваю его. Наконец они прибыли. Как раз вовремя. Но подняв глаза, я вижу надпись на вертолете.

Седьмой канал.