Чтение книги: Человек-Паук. Майлз Моралес. Крылья ярости

Затем вверх выстреливает новый крюк и цепляется где-то у самой верхушки башни, примерно на шесть этажей выше меня.

– Кто быстрей? – выкрикиваю своему противнику, выстреливаю паутиной и уже через мгновение оказываюсь на крыше. Мой враг карабкается вверх по стене. А крылья ему для красоты, что ли?

– Может, наконец, познакомимся? – кричу я. Кем бы ни оказался незнакомец, он явно карабкается не так, как я. Гораздо быстрее. Так или иначе, нужно разобраться со злодеем раньше, чем сюда доберется Питер. – Ты у нас суровый молчун, да? – спрашиваю, пожимая плечами. – Ну что ж…

Незнакомец подбирается достаточно близко, и я осознаю, как сосредоточен на мне его взгляд. Враг вдруг понимает, что можно карабкаться с большим комфортом, и забрасывает на крышу второй крюк-кошку, едва не задев мой палец. Я отшатываюсь, а он взмывает вверх и приземляется на месте, где я стоял пару секунд назад.

Человекоптица опускается на колени, а потом в лучах закатного солнца медленно вытягивается во весь рост, как показывают во всяких супергеройских фильмах.

Внутри у меня все холодеет. Не знаю, кто мой враг, но он определенно очень высокий.

Я вскакиваю на ноги, и все равно незнакомец заметно выше. Злодей идет мне навстречу, и от каждого шага раздается стук, будто обувь его сделана из металла. Он расправляет крылья, и наконец я могу рассмотреть, с кем мне предстоит схлестнуться.

Ту-дух. Ту-дух. Ту-дух.

Он приближается.

– Послушай, – говорю я, стараясь отступить подальше. – Давай ты просто представишься, расскажешь, зачем пожаловал, а потом уберешься восвояси, ничего тут не ломая и не круша. Иначе будет хуже.

Вдруг что-то давит мне на пятку, и я рефлекторно бросаюсь вниз. Распрямившись с металлическим визгом, надо мной пролетает огромная сеть и врезается в дверь, закрывающую выход на крышу, справа от меня.

Я забыл об этом охранном приспособлении, хотя надо было ожидать его здесь увидеть: сетемёты.

Мой противник останавливается. Его крылья подрагивают, солнце играет на металлических перьях. Он разводит руки в стороны, и на каждой появляются когти, острые, как кинжалы.

– Ладно, видимо, будет хуже. – Я нервно сглатываю слюну, не отводя взгляд от когтей, от которых через мгновение мне придется уклоняться, и принимаю боевую стойку, которой научил меня Питер: одну ногу чуть вперед (для устойчивости), кулаки перед собой, – и готовлюсь противостоять двухметровой конструкции с металлическими когтями и не самым мирным характером.

С-с-с-с! Этот Голубь бросается на меня, а его металлические когти царапают воздух. Сердце в моей груди бешено колотится, но я твержу себе, что это просто птица. Какая-то птица. И у меня все получится.

«Фс-с-с-ш-ш-ш», – свистят в воздухе когти, но они двигаются слишком медленно. Я уклоняюсь вправо, потом влево, резко ухожу вниз и бросаюсь вперед, хватаю своего врага за пояс и валю на спину со звонким стуком металла о крышу.

Он издает низкий рев.