Мне надо найти девушку-бабочку. Я углубляюсь в лес из кокосовых пальм, продираюсь сквозь все более густой кустарник. Внезапно я замираю от совсем близко раздавшегося шороха. Среди клочков тумана я вижу существо с мужским торсом и с конским туловищем. Руки сложены у него на груди, на лице написано упрямство, на голове – черная растрепанная ветром грива. Человек-конь медленно приближается ко мне и раскидывает руки, как для объятия. Я испуганно пячусь, из его ноздрей валит пар, он встает на дыбы и колотит себя кулаками в грудь. Он полон двойной, человеческой и животной, мощи. Он уже бьет копытом в землю, как бык, готовый броситься на недруга, и я бегу прочь со всех ног. За спиной раздается тяжелый приближающийся галоп. Он настигает меня и хватает обеими волосатыми ручищами. Как я ни ору, как ни лягаюсь, он только крепче прижимает меня к себе. Его галоп ускоряется. Я повисаю низко над землей, так что папоротники хлещут меня по лодыжкам.
Так мы мчимся по лесу из кокосовых пальм, дальше через поляну, от нее взбираемся вверх по склону. Он скачет по тропе, не выпуская меня. Галоп длится долго. Мимо нас проносятся леса, равнины, озера в окружении скрюченных деревьев.
Тропа приводит на обширное плато, где белеет большой квадратный город, окруженный мраморной стеной в несколько метров высотой. Город стиснут двумя холмами, не позволяющими ничего разглядеть, кроме не затянутого туманом основания высокой горы напротив него.
В белизне стены выделяется золотой стрельчатый купол городских ворот, обрамленный двумя колоннами: черной и белой. Здесь наша скачка завершается.
Человек-конь ставит меня на землю. Одной рукой он держит меня, другой хватает огромный дверной молоток и несколько раз бьет им в створку. Через несколько мгновений ворота медленно отворяются. В них стоит грузный бородатый человек больше двух метров росту, в короне из виноградных листьев. На этот раз никаких крылышек, никаких конских копыт. Если бы не гигантский рост, его можно было бы счесть обыкновенным землянином.
Он смотрит на меня с подозрением.
– Вы тот, кого ждут? – спрашивает он.
Какое облегчение, когда с тобой разговаривают, когда есть возможность пообщаться!
Великан добавляет веселым тоном:
– Как я погляжу, вы… – Он опускает глаза. – Наги.
Я торопливо закрываю ладонями срам. Человек-конь беззвучно давится от смеха, появившаяся откуда ни возьмись девушка-бабочка – тоже. Эти двое помалкивают, но по крайней мере понимают речь.
– Здесь не принято щеголять нагишом, это вам не нудистский пляж.
Он достает из мешка тунику, затем белую тогу и учит меня, как в нее облачаться: дважды обернуть вокруг себя и перебросить край через плечо.
– Где я?
– В месте Конечной Инициации. Мы по привычке называем его Эдемом.
– А что это за город?
– Здешняя столица, привычное название – Олимпия. А как зовут вас? Вернее, как вас звали, когда у вас было имя?
Верно, прежде чем стать ангелом, я был смертным.