Чтение книги: Волк с Уолл-стрит

Мы с Герцогиней теперь тоже очень много смеялись, и мы оба все больше привязывались к Джорджу и Аннет, а наши старые друзья один за другим отдалялись от нас. К тому времени, как я отпраздновал свой первый год трезвости, мы потеряли связь почти со всеми прежними приятелями. Оба Билла еще появлялись у нас, как и некоторые подруги Надин, но Эллиот Лавинь, Дэнни Поруш, Роб Лоруссо, Тодд Гаррет и его Кэролайн – таким людям в моей новой жизни места уже не было.

Конечно, Вигвам, Бонни, Росс и еще кое-кто из друзей детства навещали нас иногда в семейные праздники и по каким-то особым случаям – но все изменилось безвозвратно. Нас больше не держали вместе наркотики, которые раньше были связующим цементом нашей компании. Волк с Уолл-стрит умер от передозировки в ту ночь на кухне в Бока-Рэйтоне, штат Флорида. А то немногое, что от него еще оставалось, постепенно угасло после того, как я встретил Джорджа, который наставил меня на путь истинный – путь трезвости.

Все это не относится, конечно, к Алану Липски – моему самому старому и дорогому другу, который был со мной задолго до того, как мне пришла в голову дикая идея устроить на Лонг-Айленде филиал Уолл-стрит и внести хаос в жизни целого поколения его обитателей. Осенью того же года Алан пришел ко мне и сказал, что больше не может, что ему надоело терять деньги клиентов и что у него нет никакого желания больше тянуть дальше «Монро Паркер». Вскоре после этого контора закрылась. Через несколько месяцев за ней последовал и «Билтмор», так что эпоха стрэттонцев наконец завершилась.

Примерно в это же время я окончательно разобрался со Стивом Мэдденом. Пришлось удовольствоваться пятью миллионами долларов, хотя акции стоили куда дороже. Однако, согласно судебному решению, Стиву пришлось продать мои акции какому-нибудь паевому фонду, так что ни один из нас не получил полной стоимости. И мне всегда будет казаться, что Стив еще легко отделался, хотя в целом я заработал на нем больше двадцати миллионов долларов – а это далеко не мизерная сумма даже по моим (совершенно возмутительным) стандартам.

Мы с Герцогиней стали вести более тихую и скромную жизнь и постепенно уменьшили поголовье прислуги до более разумного количества – до двенадцати человек. Прежде всего мы распрощались с Марией и Игнасио. Затем ушли оба Рокко, которые мне всегда нравились, но теперь я уже в них не нуждался. Кокаин и кваалюд больше не подпитывали мою паранойю, и теперь я понимал, что это идиотизм – окружать себя круглосуточной охраной в районе, где преступлений не случается вообще. Бо принял отставку спокойно и сказал, что он очень рад, что я остался в живых после всего, через что прошел. И хотя он в этом не признался, я не сомневался, что он чувствует себя виноватым. Хотя едва ли он вообще понимал, насколько далеко зашла моя наркомания. В конце концов, мы с Герцогиней неплохо все скрывали, разве нет? Или, возможно, все отлично знали, что происходит, но, пока курица несет золотые яйца, никому дела нет до того, что она себя убивает?