Чтение книги: Волк с Уолл-стрит

Что ж, справедливо, думал я. Итак, выбор у меня невелик – только заползти на свою чудовищных размеров кровать и тихо сдохнуть. Проще всего было бы устроить себе передоз – во всяком случае, таблеток для этого у меня было более чем достаточно. Правда, тут тоже были варианты. Моя обычная дневная доза включала: 90 миллиграммов морфина (от боли), 40 миллиграммов оксикодона (до кучи), дюжину таблеток сомы (для снятия мышечного спазма), 8 миллиграммов ксанакса (для снятия тревоги и беспокойства), 20 миллиграммов клонопина (очень солидно звучит название), 30 миллиграммов амбиена (от бессонницы), 20 таблеток кваалюда (мне просто нравится кваалюд), грамм или даже два кокаина (просто чтобы поставить мозги на место), 20 миллиграммов прозака (от депрессии), 10 миллиграммов паксила (для подавления приступов паники), восемь миллиграммов зофрана (от тошноты), 200 миллиграммов фиоринала (от головной боли), восемь миллиграммов валиума (чтобы привести в порядок нервы), две столовые ложки сенокота (от запоров), 20 миллиграммов салагена (от сухости во рту) и напоследок пинта односолодового виски, чтобы пропихнуть все это в желудок.

Спустя месяц я в полубессознательном состоянии валялся на кровати, и вернул меня к реальности голос Джанет, пытавшейся дозвониться до меня по внутреннему телефону.

– Вас спрашивает Барт Грин, – сообщила она. – Он на первой линии.

– Спросите, что ему нужно, – пробормотал я. – Я на совещании.

– Очень смешно, – дерзко фыркнула Джанет. – Доктор Грин говорит, что у него к вам срочное дело. Так что либо вы возьмете трубку, либо я сама приду к вам и сделаю это за вас. Но предварительно спущу весь ваш кокс в унитаз.

На мгновение я онемел. Откуда ей все известно? Я обшарил комнату взглядом в поисках скрытой камеры и, естественно, ничего не обнаружил. Неужели Герцогиня и Джанет шпионят за мной? С ума сойти. Тяжело вздохнув, я сунул флакон с порошком в карман, обреченно снял трубку и угасающим голосом прошептал в нее:

– Привет!

– Привет, Джордан, – в голосе Барта слышалось сочувствие. – Как ты там?

– Как нельзя лучше, – прокаркал я. – А ты как?

– О, я отлично, – успокоил меня добрый доктор. – Послушай, я не звонил тебе в последние дни, зато мы постоянно общались с Надин. Так вот, она беспокоится о тебе. Говорит, что ты неделями не выходишь из комнаты.

– Нет, нет, – пробормотал я. – Со мной все прекрасно. У меня просто открылось второе дыхание.

На минуту в трубке повисло молчание. Потом я снова услышал голос Барта:

– Как ты себя чувствуешь, Джордан? Я имею в виду, на самом деле?

– Хочешь услышать правду, Барт? – Я тяжело вздохнул. – Так вот, я сдаюсь. Мне конец. Я больше не в состоянии терпеть эту боль… Знаю, это не твоя вина, и не думай, я не держу на тебя зла. Я понимаю, ты сделал все, что в твоих силах, – возможно, это просто расплата за мои прошлые грехи. Как бы там ни было, сейчас это уже неважно.

Но Барт не стал меня слушать.