– Я думала, что честность – это то, как мы обращаемся с другими людьми.
– Нет, я знаю. Однако же, она понадобится нам самим.
– Уф, это звучит так нелепо.
– Правда? Я пыталась найти способ, при котором это не звучало бы как какие-то внеклассные занятия.
Я слышу, как Мария вертится в своей кровати, а затем, когда она снова начинает говорить, её голос приобретает необычный акцент и начинает сочиться сахаром:
– Тебе нужно научиться любить саму себя прежде, чем это сделает кто-нибудь ещё, дорогуша!
– И как ты только не закатываешь глаза при этом, – со смехом спрашиваю я.
Мы молчим.
– Я хороший пилот. – Голос Марии, сильный и гордый, разносится по всему помещению. Моё лицо расплывается в широкой улыбке. Я знаю, как тяжело ей было сказать это, потому что и мне так или иначе пришлось признаться в этом Джеку сегодняшним днём.
– Я хороший пилот, – вторю ей я.
И снова на долгое время воцаряется тишина. Пока...
– Мы такие нелепые, – говорит Мария, и я в кромешной тьме могу почувствовать её улыбку.
– Такие нелепые, – со смехом повторяю я.