После эта дорожная сумка загрузилась в багажник моего заправленного до краёв «мустанга». А заправленный до краёв «мустанг» увёз меня из родного города, который, как я всегда знала, не смог бы удержать меня навсегда. Теперь заправленный «мустанг» стоит на обочине напротив небольшого аэропорта в Колорадо, давая мне возможность снова почувствовать себя собой в эти последние часы, оставшиеся до того момента, когда моя давняя мечта наконец-то обернётся реальностью. Сегодня я начну обучение в академии ВВС США в Колорадо-Спрингс. Я наконец-то смогу летать. Четыре следующих года я буду прилагать все усилия, чтобы стать самым лучшим пилотом. Пилотом Дэнверс. Рядовым ВВС Дэнверс. Рядовой ВВС первого класса Дэнверс. А как насчёт мастера-сержанта Кэрол Дэнверс? Или даже второго лейтенанта Кэрол Дэнверс? Нет… как насчёт: Капитан Кэрол Дэнверс, первая женщина-пилот истребителя ВВС. Облачко возбуждённого дыхания вырывается в прохладный воздух. Я не могу больше ждать. Я изо всех сил закручиваю крышку термоса. Складываю салфетку, в которую был завёрнут бутерброд с джемом, и максимально аккуратно опускаю крышу «мустанга». Открываю багажник автомобиля и убираю туда одеяло, термос и салфетку. Я сдвигаю мою спортивную сумку и, снова и снова перетасовывая содержимое багажника, понимаю, что волнуюсь и нервничаю. Я одновременно и хочу, и не хочу оказаться там. Я словно хочу очнуться от мечты всей своей жизни и понять, что не могу… Нет. Я была рождена, чтобы летать. Я сомневалась во многих вещах, но только не в этой. Заново преисполнившись чувством решимости, я захлопываю багажник. Я подхожу к водительской дверце и нутром чую низкий рокот очередного самолёта. Я обхватываю пальцами дверную ручку «мустанга». Поющее гудение приближающегося самолётного двигателя волнительной вибрацией отдаётся в моём теле. Этот конкретный движок одновременно рычит и мурлычет. Он звучит одновременно восхитительно и угрожающе. И я в жизни своей не слышала более прекрасного звука. Я крепко жмурюсь и прислушиваюсь, не в силах в последний раз воспротивиться искушению. Это «Сессна»[3]? Ну, разумеется, нет. Но это и не новый самолёт, так что вычёркиваем все «Бичкрафты»[4]. «Маркетти»[5]? Нет. Это… Это мог бы быть старый «Райан ПТ-22»[6], но… нет, не он. Я сильнее наклоняю голову, хмурю брови, а мой мозг тем временем лихорадочно перебирает все возможные самолёты, все двигатели, которые я когда-либо слышала. Наконец, я качаю головой и разочарованно рычу. Впервые за очень долгое время я не могу опознать самолёт. Я заслоняю глаза от восходящего солнца и вглядываюсь в жёлтый биплан с сине-красными полосами. Пока самолёт проносится над моей головой, я запоминаю каждый восхитительный изгиб фюзеляжа, каждый хриплый рык мотора. Я выясню, что это за самолёт. Не открывая двери, я забираюсь на водительское сиденье – дверь сломана уже несколько месяцев – пристёгиваюсь и поворачиваю ключ в замке зажигания. Двигатель оживает, а я пробегаюсь глазами по записанному мною маршруту и сверяю его с потрёпанной картой.