Чтение книги: Капитан Марвел. Быстрее. Выше. Сильнее

ГЛАВА 1 – Ты даже не пытаешься, – дразню я. Низкий рокот прокатывается по небу. Он становится всё ближе. – От меня не спрячешься, – я крепко жмурюсь, – я тебя везде узнаю. Громыхающий двигатель ревёт в ответ. Земля сотрясается от его приближения. – Попался! – С улыбкой восклицаю я. С приближением этого непринуждённого рокота волоски у меня на шее встают дыбом. Он становится всё ближе. Ближе. Ближе. И вот, когда он проносится у меня над головой, я кричу: – «Норт Американ П-51 Мустанг»[1]! Я открываю глаза ровно в тот момент, когда пилот заходит над посадочной полосой. – Так и знала, – ликующе сообщаю я небесам. Сидя на откидном верхе своего автомобиля, я наблюдаю за тем, как пилот ловко сажает самолёт на аэродроме через дорогу. Скрежет шасси возвещает о том, что они оба, и лётчик, и его машина, в безопасности достигли земли. Небеса снова затихают. Вздохнув, я открываю свой древний термос и делаю глоток всё ещё слишком горячего чая. Его тепло растекается по горлу. Я доедаю последние кусочки тоста с джемом, храбро пережившего многочасовую поездку, и плотнее закутываюсь в плед. Там, откуда я родом, этого обычно достаточно, чтобы справиться даже с самой ранней утренней прохладой, но сегодня даже в пледе всё равно мёрзну. Мне ещё придётся привыкнуть к более холодной погоде Колорадо. Затем я ощущаю вибрацию в груди даже прежде, чем слышу в небесах. Облака вдали разрывает ещё один великолепный рокот. Я закрываю глаза, наклоняюсь вперёд и прислушиваюсь. В моей жизни нет более счастливого времени, чем то, когда я сижу на откидном верхе своей машины, закутавшись в это самое одеяло, вооружившись термосом горячего чая и бутербродами с джемом, и прислушиваюсь, как взлетают и садятся самолёты. Может, сейчас пейзаж вокруг меня и изменился, но эти звуки въелись в моё естество так же глубоко, как мелодия любимой песни. – «Пайпер Саратога»[2]! – с благоговением шепчу я. Я открываю глаза, когда маленький самолётик проносится над головой, и улыбаюсь. Я снова права. Я проверяю часы. Всё ещё очень рано. Слишком рано. Но я не могу больше ждать. Я ждала всю жизнь. И теперь, когда этот день наконец настал, я больше не могу сдерживаться. Мне до сих пор кажется, что я сплю. Моя давнишняя мечта превратилась в призрачную цель, о которой я не рисковала говорить вслух. Но затем с каждым шагом, с каждой проверкой почтового ящика, с каждым заявлением, с каждым эссе, с каждым рекомендательным письмом, с каждым сданным экзаменом, с каждым пришедшим по почте конвертом я, затаив дыхание, гадала, действительно ли я получу возможность стать тем человеком, которым всегда себя представляла. А затем пришло письмо. И письмо обернулось обещанием. А обещание преобразилось в обведённый красным день календаря. А красный день календаря превратился в список вещей, которые нужно взять с собой. А список вещей, которые нужно взять с собой, вырос в бесформенную груду одежды на моей кровати, которая ну никак не поместилась бы даже в самую вместительную дорожную сумку.