Чтение книги: Человек-Паук. Майлз Моралес. Крылья ярости

А ведь именно там еда вкуснее всего. «Бабушкина пиццерия» выглядит так, словно духовки там не мыли с 80-х, а значит, аромат всех испеченных там пицц сохраняется в каждом кусочке.

Ганке усмехается и многозначительно поднимает палец, призывая подождать, пока он работает. Некоторое время что-то печатает. Позади раздается вой сирены, я отвлекаюсь от наблюдения за другом и оборачиваюсь. По старой привычке я ожидаю увидеть, как с водительского сиденья улыбается папа и поправляет служебную шляпу, будто подгоняя меня на урок. Вдруг понимаю, что больше никогда этого не увижу, и мое сердце сжимается.

Из полицейской машины никто даже не смотрит в мою сторону. Женщина на водительском сиденье не сводит взгляда с автомобиля, водителю которого велено остановиться у обочины сразу после поворота.

– Ага, понял! – победоносно восклицает Ганке, возвращая меня к реальности, в которой учащиеся снуют мимо нас по своим делам, и протягивает мне телефон. Я моргаю, будто отгоняя воспоминания, и стараюсь вникнуть в его объяснения.

– Видишь? – спрашивает он. – Тут отзывы. В каждом из них есть слово сопайпилья и тридцать пять вариантов с ошибками. Вот места, которым поставили пять звезд.

Он проводит по экрану, и я вижу, как один за другим мелькают лучшие заведения.

– Еще можно искать по другим ключевым словам. Например, вкус и аромат, атмосфера, а еще по хорошим и плохим оценкам вроде «долго ждать», ужасно или вкусно. Мне все равно еще работать и работать, но я уже им горжусь.

– Да, отлично выходит, – соглашаюсь я и не обманываю. Прошлой ночью мне бы пригодились хоть какие-то подсказки. И сопайпилья, возможно, не помешала бы. Или хотя бы скамейка – посидеть и обдумать последние события. – Ты ведь добавишь места, где продают «Физзи»?

– Вот уж нет, – Ганке грозит мне пальцем. – Фокусник не раскрывает своих секретов, а контрабандист не сдает своих поставщиков.

Я смеюсь и по-дружески стукаю его кулаком по руке.

– Ладно, приложение все равно классное, хоть там и не найти, где купить шипучку.

– Спасибо, – говорит Ганке и широко улыбается. Его лоб немного краснеет, наверное, от радостного волнения. Я вспоминаю, что Ганке говорил еще об одном своем изобретении. Он упоминал его лишь однажды, и с тех пор не сказал ничего нового. Точнее, я и не спрашивал. Возможно, самое время.

– А что с… с тем… Спидмон… Спадмон…

– Спиднонагон, – лицо Ганке сияет, когда он вспоминает о своей разработке. – Пока не доделал. Но видеоигры так быстро не сделать. Да и учиться приходится, и другие дела мешают…

– Понимаю.

О, еще как понимаю. Уж кто-кто, а я знаю, что такое находить время на «другие дела».

Для меня это летать по городу на паутине, бороться с преступностью и предотвращать беды, но в целом мы с Ганке говорим примерно об одном и том же.

– Кстати, Майлз, я хотел спросить, – говорит Ганке, пряча телефон в задний карман. – Всего один вопрос о вчерашнем.

О нет.