Чтение книги: Человек-Паук. Майлз Моралес. Крылья ярости

Я считаю про себя, сколько у крабов ног, восемь или нет… И по ногам ли понимать их причастность к паукообразным? А водяные пауки? И почему я всего этого не знаю? Учитывая мою… работу, надо бы.

Ганке снова поднимает руку. Мистер О’Флэниган, бросив на него взгляд, говорит:

– Я вас вижу, мистер Ли, но хотелось бы узнать, кто еще может ответить.

Ганке расстроенно опускает руку и взгляд. Мне известно, как он любит отвечать на вопросы учителей. Он обычно знает ответ, а если не знает, то задает вопросы, пока не поймет самую суть темы. На этот раз он поднимает глаза на меня и беззвучно проговаривает:

– Членистоногие.

И что это значит? Крабы – членистоногие? И, следовательно, не паукообразные? Или паукообразные тоже относятся к членистоногим?

Кто-то с задних рядов додумывается до ответа раньше меня.

– Нет, – слышится голос. – В отличие от пауков, крабы имеют твердый экзоскелет. Они членистоногие.

Мистер О’Флэниган благодарит за ответ и довольно кивает.

– Верно, Джесси. Главная черта паукообразных, как известно, – наличие восьми ног. У крабов их десять, кстати, а также ни когтей, ни крыльев, ни усиков.

Я сижу, подперев подбородок рукой, слушаю рассказ о пауках и, на удивление, мне совсем неинтересно.

Скучно.

Хочется приключений.

В городе в последнее время тихо. Наверняка все злодеи получили весточку о том, что новый Человек-Паук занят переездом, не успел привыкнуть к новому месту и ему на пользу пойдет небольшой перерыв.

Однако гораздо полезнее было бы отвлечься на какое-нибудь другое занятие.

Учитель пишет на доске одну сотню слов за другой, а я борюсь с желанием оказаться на улице хотя бы в мечтах. Мне кажется, что всего на секунду где-то вдалеке показался Питер, но я понимаю, что это был всего лишь трос строительного крана.

– Мистер Моралес, если не ошибаюсь? – раздается откуда-то сверху голос О’Флэнигана. Он нависает прямо надо мной и смотрит невыразительным взглядом. – Может быть, предложите свой ответ на вопрос? Повторить его для вас?

Вот блин. Сгорая от стыда, я выпрямляюсь на стуле и кладу руки одну на другую на свою тетрадку.

– Извините. Повторите, пожалуйста.

Со всех сторон раздаются смешки, но мистер О’Флэниган смотрит на меня совсем без злости, будто предлагая мне продолжить разговор. Не то, чтобы я в нем участвовал, если по-честному.

– Конечно, – соглашается он. – Я задал вопрос о том, почему пауки предпочитают не заглатывать добычу целиком, а предварительно растворять внутренности ядом.

Я на минуту задумываюсь. Предыдущая часть урока целиком прошла мимо меня. Учебник до сих пор открыт на пятнадцатой странице, с которой мы начинали. На ней золотыми крупными буквами написано «Глава первая», а остальные, как я заметил, разглядывают иллюстрацию черной вдовы.

Но я, как-никак, Человек-Паук. Наверняка я знаю достаточно и могу предположить вполне вероятный ответ на вопрос о пауках.