Чтение книги: Голос, спрятанный в молчании

— Так, ничего обещать не буду.

— Дай договорить, Фет Конли. Сядь ты уже.

Я присела ближе. Её тонкая рука крепко сжимала мою.

— Пообещай, моя светлая ведьма, что будешь любить за нас двоих. Несмотря ни на что. Любить и дарить эту любовь. За себя и за меня.

Слёзы потекли по моим щекам. Моя подруга, так и не познавшая любви, просила меня о таком, от чего боль пробивала насквозь. Сердце разрывалось от чувства несправедливости.

Нет, мы вместе будем любить. Никак иначе.

— Так, чёрная ведьмочка, ты будешь здорова. И я ещё буду радоваться за твои отношения.

— Да... да... Ну, дай мне уже договорить... О, пока не забыла... колпак ведьмы... тот, что мы облепили пластилиновыми пауками, отдай мне...

— Конечно. Я его принесу, встретим в нём Хэллоуин.

— Конечно, встретим. Только помни про мои слова... Люби за нас двоих...

. Лесли не стало в канун Дня всех святых, в самую колдовскую ночь, как будто её, настоящую ведьму, забрали свои.

Я помню тот звонок, словно это было вчера. Папа купил новый радиотелефон, и он стоял на своём обычном месте в гостиной. Приятная, ничего не предвещающая мелодия — и страшная, обжигающая новость. Крик мамы, полный отчаяния, наверное, слышали все в округе. А я сидела, словно парализованная, и смотрела на наши с Лесли фотографии на стене. Плакала беззвучно, не чувствуя слёз, только пустоту. В голове, словно заезженная пластинка, крутились её последние слова. Я только помню, как в комнату вбежали мама и папа, их лица были искажены горем. Они сели по обе стороны, словно крылья, и обняли меня, а сами рыдали, не сдерживаясь. А я лишь смотрела на фотографии, и мои слёзы, безмолвные и тяжёлые, падали на пол, оставляя тёмные пятна.

На похоронах я положила в её гроб тот самый колпак и нашу коробку с открытками и мелочами. И только в тот момент, когда крышка начала опускаться, меня пронзила такая острая, невыносимая боль, словно прошёл шок, и наступила жестокая, оглушающая реальность. Она ударила жаром в лицо. Запахом лилий, которые Лесли так любила. Я рухнула на холодный пол и закричала, истошно, разрывая тишину.

Я держалась все эти дни, но боль оказалась сильнее меня...

Я обещала ей не плакать, если она умрёт. .

Но больше я не могла её подвести. Любить за двоих я буду всегда... Как она просила. Моя ведьма, моя Лесли Бейли. Моя лучшая подруга, которая так и не узнала, что такое настоящая, земная любовь.

Так что я буду любить, несмотря ни на что...

Первый день в колледже оглушил меня с порога. Это был настоящий калейдоскоп звуков и визуальный взрыв моды, словно я оказалась в живом каталоге «Бурда». Ребята в клетчатых рубашках и потёртых джинсах-клёш горячо спорили о песне Tracy Chapman «Fast Car»; девушки в ярких легинсах и пышных юбках щебетали о скандальном эпизоде «EastEnders»; и повсюду — кричащие самодельные плакаты с призывом помочь бастующим шахтёрам.