Чтение книги: Железная звезда

Возвращался он другой тропой, петлявшей под раскидистыми ивами. Услышав над головой легкий шорох, полицейский поднял глаза и отчетливо увидел высоко в ветвях ивы, под которой проходил, черную тушу человека или какого–то человекообразного существа, раскачивающегося на руках. Приказ спуститься был проигнорирован, и тогда патрульный предупредил, что будет стрелять на поражение. Едва грохнул первый выстрел, существо словно ожило. С невероятной быстротой и легкостью оно перемахнуло с ветки на ветку, перепрыгнуло на соседнее дерево, промелькнуло сквозь крону и наконец спрыгнуло на землю на четвереньки. В тот же миг оно выпрямилось и в два прыжка достигло зарослей кустарника, где и скрылось с треском ломающихся веток. Полицейский выстрелил в упор по кустам, но ни крика, ни стона в ответ не услышал.

Рассудив, что пуля угодила твари прямо в мозг, он полез проверять заросли. Но стоило ему пробиться в самую гущу, как темный силуэт метнулся буквально у него из–под ног и проломился сквозь кусты к тропинке с противоположной стороны. Не имея возможности прицелиться из–за ветвей, сковывавших руки, полицейский выстрелил наугад. Пули ушли в молоко, а когда он наконец продрался к тропе, от беглеца и след простыл.

Прибывшие из управления детективы обнаружили лишь два ряда следов: один принадлежал посрамленному стражу порядка, другой – предположительно, беглецу. Однако отыскать их среди сотен других отпечатков на оживленной дорожке, ведущей от купален к полям для гольфа, оказалось невозможно. Тайна ночных воплей так и осталась неразгаданной. Вероятно, виновники переполоха не горели желанием попасть в газеты и были рады, что отделались лишь сильным испугом.

Ограничившись общим предупреждением горожанам не сворачивать в темноте с хорошо освещенных аллей, полиция выставила в ключевых точках парка агентов в штатском и стала ждать повторного появления "маньяка". Но меры предосторожности оказались напрасными.

***

Медицинский конгресс подходил к концу. Шесть дней ведущие врачи Соединенных Штатов, собравшиеся в Чикаго, заслушивали доклады и лекции мировых светил, ведущих непрестанную борьбу с болезнями. Эта, последняя лекция сессии, носила научно–популярный характер, и вход на нее был свободным. Сэр Эмброуз Пейджет, крупнейший авторитет в области искусственного выращивания человеческих тканей, собирался изложить результаты своей работы языком, понятным для широкой публики.

За час до начала огромный амфитеатр был забит до самых галерей. Сюда валом повалили не только городские эскулапы и студенты–медики; судя по блеску вечерних туалетов и роскошных шляпок, на лекцию явился и весь высший свет.