Чтение книги: Волк с Уолл-стрит

– Я уже давно не занимаюсь делами «Стрэттон», но буду чрезвычайно счастлив…

Он меня снова перебил.

– Слушайте, правда, очень приятно с вами побеседовать, но мне нужно срочно ехать домой. Жду важного звонка…

– О, простите. Не хотел вас задерживать. Я приду на следующей неделе; может, тогда поговорим.

– А вы что – тоже куда-нибудь спешите?

– Не особенно… А что?

Он улыбнулся.

– Собирался пригласить вас выпить кофе. Мой дом всего через квартал от вашего.

Я вскинул брови.

– Вы не сердитесь на меня за свои сто штук?

– Что такое сто тысяч баксов для таких двух старых пьянчуг, как мы с вами, не так ли? К тому же мне как раз был нужен был налоговый вычет… – Он улыбнулся, положил руку мне на плечо, и мы направились к двери. – Я ожидал, что вы скоро появитесь. О вас рассказывают совершенно дикие истории. Хорошо, что вы добрались сюда, пока не стало слишком поздно.

Я кивнул в знак согласия, и Джордж добавил:

– Но я вас приглашаю к себе домой только с одним условием.

– С каким же?

– Хочу узнать, правда ли вы потопили свою яхту ради страховки, – и он выжидательно уставился на меня.

– Идемте, расскажу по пути! – улыбнулся я.

Вот так вечером в пятницу я ушел с собрания анонимных алкоголиков вместе с человеком, который окажет мне такую поддержку, – с Джорджем Би.

Джордж жил на Саут-Мейн-стрит, одной из лучших улиц Саутхэмптона. С точки зрения цен на недвижимость она была чуть демократичнее, чем моя Мидоу-Лейн, но все равно самый дешевый дом на Саут-Мейн обошелся бы в три миллиона долларов. Мы уселись друг напротив друга за очень дорогой стол из выбеленного дуба посреди кухни, оформленной во французском сельском стиле.

Я как раз объяснял Джорджу, что планирую убить Денниса Мэйнарда, как только закончу программу «девяносто на девяносто». Я решил, что Джордж самый подходящий человек для подобного признания, после того как он коротко рассказал мне про судебного пристава, который принес ему какую-то повестку. Когда Джордж отказался открыть дверь, пристав выудил молоток и принялся прибивать повестку гвоздями к входной двери из полированного вручную красного дерева. Джордж подошел к двери, дождался, когда пристав занесет руку с молотком, быстро распахнул дверь, дал приставу в глаз и снова захлопнул дверь. Все было проделано так стремительно, что пристав даже не успел увидеть, кто его ударил, и Джорджу так и не предъявили никаких обвинений.

–…И мне просто отвратительно, – говорил я, – что этот ублюдок называет себя профессионалом. Ладно еще, что он посоветовал моей жене не навещать меня, пока я буквально гнил в психушке, – хотя за одно это уже следовало бы переломать ему ноги. Но приглашать ее в кино, чтобы попытаться потом затащить в постель… это уже наверняка достойно смертной казни! – я в ярости тряхнул головой и глубоко вздохнул, радуясь, что наконец могу с кем-то поделиться.