Чтение книги: Волк с Уолл-стрит

– Разумеется, смерть Патриции весьма прискорбный факт, – пожал плечами Директор Подделок, – но нет нужды так волноваться. Деньги уже переведены в два других банка, и ни в одном из них Патрицию Меллор никто в глаза не видел. Уже изготовлены все необходимые документы. На каждом стоит настоящая подпись Патриции… ну, или такая, которая легко сойдет за настоящую. На них также проставлены задним числом нужные даты – разумеется, предшествующие ее смерти. Ваши деньги в полной сохранности, друг мой. Ничего не изменилось.

– Но на чье же имя?

– Разумеется, на имя Патриции Меллор. Друг мой, нет для нашей цели лучшей кандидатуры, чем уже умерший человек. Ни одна живая душа из этих двух банков никогда не видела Патрицию Меллор, и деньги размещены на ваших предъявительских счетах, на которые у вас имеются сертификаты.

Директор Подделок пожал плечами («в мире высококлассных подделок нет ничего невозможного») и продолжил:

– Единственная причина, по которой я изъял деньги из «Юньон-Банкэр», заключается в том, что у Сореля там неприятности, и я подумал, что береженого Бог бережет.

Ай да мой Директор Подделок! Он оправдал все мои надежды. Да, Директор и правда стоил столько золота, сколько весил он сам (а весил он немало), или близко к тому. Он сумел превратить смерть в… жизнь! Тетушке Патриции это пришлось бы по душе. Ее имя будет жить вечно в теневой части швейцарской банковской системы. По сути дела Директор Подделок обессмертил ее. Она так неожиданно скончалась, что у нее не было даже возможности попрощаться с родными. Мне хотелось верить, что одной из ее последних мыслей была тревога о том, что ее неожиданный уход из жизни причинит немало проблем любимому мужу ее племянницы.

Директор Подделок наклонился вперед и взял еще две клубничины в шоколаде, двадцать третью и двадцать четвертую по счету, и снова зачавкал.

– Знаете, Роланд, Сорель мне очень понравился, когда я впервые с ним познакомился, но теперь у меня появились сомнения на его счет. Он все время ведет какие-то переговоры с Камински, и это меня тревожит. Я бы предпочел не иметь больше никаких дел с «Юньон-Банкэр», если вы не возражаете.

– Я всегда буду выполнять ваши указания, – ответил Директор Подделок. – В данном случае ваше решение кажется мне весьма мудрым. Но, так или иначе, вам не стоит волноваться по поводу Жан-Жака Сореля. Несмотря на то, что он француз, живет он в Швейцарии, и правительство США не имеет над ним никакой власти. Он не выдаст вас.

– В этом я не сомневаюсь, – ответил я. – Но это не вопрос доверия. Просто я не люблю, когда люди знают о моих делах… особенно такие люди, как Камински, – я улыбнулся, чтобы не слишком сгущать краски. – Вот уже больше недели я пытаюсь дозвониться до Сореля, но мне все время отвечают, что он уехал по делам.

Директор Подделок кивнул:

– Думаю, он сейчас в Штатах, встречается со своими клиентами.

– Да? Я и не знал об этом.

Эта новость по какой-то причине показалась мне тревожной, хоть я и не мог объяснить, почему.