Чтение книги: Осколки шкатулки желаний

Перед встречей она провела в мастерской несколько часов, пытаясь погрузиться в привычную работу – тонировала место склейки на той самой фарфоровой кукле. Но пальцы не слушались, краска ложилась неровно. Она отложила кисть и занялась уборкой – механическим, успокаивающим действием. Протерла все столы, разложила инструменты по полочкам, проверила запас материалов. Это помогало немного. Порядок вокруг создавал иллюзию порядка внутри.

Ровно в два в дверь постучали. Не звонок, а именно сдержанный, но уверенный стук. Она вздрогнула, сделала глубокий вдох и пошла открывать.

Ян стоял на пороге. Он выглядел… отдохнувшим. Или просто лучше владеющим собой. На нем была темная куртка из технической ткани, под ней – серая футболка. В руках он держал не только конверт со шкатулкой, но еще и бумажный пакет от какой-то пекарни, откуда исходил теплый, сдобный аромат.

– Привет, – сказал он. – Захватил кое-что. Думал, процесс требует подкрепления. – В его голосе не было ни вчерашней жесткости, ни усталости. Был нейтрально-деловой тон, но без ледяной отстраненности.

– Заходи, – пропустила она его, отступая в сторону.

Он вошел, снял куртку, повесил. Поставил пакет на свободный стол рядом с футляром.

– Вчера я оставил письма. Извини. Голова была… не в порядке.

– Ничего, – ответила Лера. – Я их положила обратно.

Они снова сели друг напротив друга. На этот раз между ними стоял пакет с выпечкой. Ян открыл его, достал два еще теплых круассана с миндальной начинкой и две маленькие картонные коробочки с кофе.

– Не знаю, как ты сейчас пьешь кофе. Взял капучино. Если что, есть сахар.

– Спасибо, – удивилась Лера. Этот простой, бытовой жест – принести кофе и выпечку – сбивал ее с толку. Это было слишком… нормально. Слишком по-человечески. Она ожидала продолжения вчерашней напряженности, а не этого подобия перерыва на ланч между сеансами психоанализа. – Капучино как раз.

Они молча открыли коробочки, сделали первые глотки горячего кофе. Сахарный миндаль с круассана растекся по языку сладким, успокаивающим вкусом. На несколько минут воцарилось неловкое, но не враждебное молчание, пока они ели. Это давало передышку, возможность просто побыть двумя людьми в одном помещении, без немедленного погружения в пучину прошлого.

– Ну что, – наконец сказал Ян, вытирая пальцы бумажной салфеткой. – Продолжаем?

Лера кивнула, отодвинула коробочку от кофе. – Продолжаем.

Ян вынул из конверта стопку писем и нашел следующее. Конверт был нежно-сиреневым, из плотной, фактурной бумаги – явно не блокнотный, а купленный специально, может быть, даже в подарок. На нем ее почерк был уже более уверенным, ровным, но в загибах букв все еще читалась внутренняя дрожь. Дата – середина января.

– Твоя очередь, – сказал он, протягивая конверт.