Было холодно, почти так же, как на планете Читаури, хотя здесь солнце светило ярко и дарило тепло. Танос осмотрелся, отчасти ожидая, что к нему кто-нибудь подойдет, а отчасти – что увидит сложенные в десять рядов тела. Но ни того, ни другого не случилось. На рынке было пусто.
– Ча, – сказал он по рации, – я ступил на поверхность.
Ему ответили помехи. Атмосфера была слишком загрязнена. Маломощный блок связи не мог через нее пробиться. Значит, на некоторое время Танос остался без Ча.
Глянув на портативный сканер, Танос убедился, что сигнал идет от Менторплекса. Здание возвышалось на фоне города, верхние этажи скрывались в пыли и облаках. Башня немного погнулась, и отклонилась в сторону и теперь стояла не под прямым углом к земле. Землетрясения, которые разрушили западную часть города, не пощадили и великое создание А’Ларса.
Танос перепроверил уровень кислородно-азотной смеси в баллонах и направился к дому. В скафандре он был вынужден продвигаться по улицам медленно, к тому же по мере приближения к Менторплексу пространство все больше заполнялось мусором, а затем и телами.
Первое тело, которое он заметил, принадлежало девочке лет восьмидесяти. Казалось, она просто устала и решила вздремнуть прямо на дороге. Танос присел перед ней на колени. Девочка казалась такой умиротворенной, что титану не верилось, что это и правда труп. Но когда он прикоснулся к телу, оно не шелохнулось и оказалось скользким.
Девочка умерла здесь, на улице, а холод и сухость сохранили ее в целости. Уж лучше было найти гниющую плоть или скелет. Это же была пародия на жизнь и смерть одновременно.
– Спи спокойно, дитя мое, – пробормотал Танос и пошел дальше.
Он вспоминал Гвинт, какой она являлась ему во сне. Ее плоть гнила. Она выглядела совсем не так, как эти жуткие нетронутые тела. Сон был совсем не похож на реальность. Возможно, это значило, что Гвинт еще жива...
Он отругал себя, поймав на этой суеверной мыслишке. Отругал за то, что поддался мистике и магическому мышлению. Сны не более чем видения. Гвинт либо жива, либо нет, и реальное положение дел не имеет никакого отношения к тому, как работают нейроны в спящем мозге.
Пока Танос добирался до Менторплекса, он успел привыкнуть к виду трупов. Он перестал считать их на сотне, решив, что это бессмысленное занятие. Когда-то он предложил убить половину Титана, теперь же погибло много больше. Догадка Таноса была вернее, чем он мог предположить.
Сколько же титанов выжило? Вероятно, несколько тысяч, которые остались в Менторплексе, и вдвое больше в убежищах на окраине города... В лучшем случае процентов десять от всего населения.
Он мог бы спасти половину.
Если бы только они его послушались.