Ча подошел к кокону Таноса, свисавшему с потолка. Помещение напоминало сырую пещеру, где пахло гнилью и протухшей едой. От движений Таноса кокон слегка раскачивался.
– Это целительная повязка, – объяснил Ча. – Тебя заключили в кокон из-за травм. Он лечебный.
– А где Кебби? – требовательно спросил Танос, хотя и так знал ответ.
– Мертва. Как и асгардийка.
Таносу не хватило сил даже вздохнуть. Он надеялся, что в дыму, смятении и боли битвы с Ирсой ошибся в оценке травм, которые получила Кебби.
– Я устроился в аварийном кресле с ремнями безопасности, – рассказал Ча. – Так что удар пережил. А ты...
– Я пока не готов умирать. Я...
– Тебя сохранила великая случайность судьбы, Танос. Даже ты должен это понимать.
– Удача, которая распределяется неравномерно, не может быть поистине великой, – задумчиво проговорил Танос. – Если бы вселенная была так справедлива, как ты думаешь, то Кебби осталась бы в живых. А я не был бы бесформенным мешком костей, который ты сейчас видишь перед собой. Да и ты не был бы привязан ко мне и не страдал бы.
– Я страдал и до того, как мы познакомились. Меня похитил Его Светлость. Я потерял все, что знал. Ты благословение, а не проклятие, Танос. И я счастлив, что они решили найти тебя среди обломков корабля.
– Кто – они? – спросил Танос.
Ча немного замялся.
– Их называют читаури.
РАЗУМ
Одолей себя. Мир сдастся следом.
ГЛАВА 27
ТОЛЬКО спустя несколько месяцев в исцеляющем коконе Танос снова обрел способность поддерживать корпус в прямом положении, а вот с ходьбой было хуже. Минуло больше года, пока он смог встать на ноги и выйти из помещения, которое сначала принял за пещеру.
Но это было нечто другое. Это было существо, живое огромное чудовище, подобных которому Танос никогда не видел, о котором он никогда и не слышал. Его хозяева называли его левиафаном. Как и владельцы, это было отчасти насекомое, отчасти рептилия, отчасти машина. Танос никогда не встречал таких существ, они одновременно отталкивали и поражали.
Кокон, в котором Танос восстанавливался и медленно обретал былую силу, висел во рту левиафана. Теперь зубы гигантского существа раздвинулись, и они с Ча впервые вышли оттуда.
Местное солнце Таноса разочаровало, если не сказать больше.
В небе висел черный диск, излучающий скудные свет и тепло. Танос вдруг понял, зачем читаури встраивали в свою плоть машины: ни насекомые, ни рептилии не выжили бы в таком холоде, но, объединив технологии с биологией, они компенсировали недоработки эволюции.
Ча рассказывал Таносу о читаури все те долгие недели, а потом и месяцы, что друг провел в коконе. Общество этого народа было разделено на касты с разным социальным статусом, каждая из них выполняла свою задачу. Бытовая каста занималась обычной рутиной вроде размножения и заботы о доме, каста ученых искала способы усовершенствовать биологию и технологию читаури, дорабатывая искусственно то, что природа не соизволила им подарить.
Танос узнал, что есть и каста воинов, но она достигла немногого.