Чтение книги: Танос. Титан-разрушитель

Ирса колотила Таноса кулаками, пока не иссяк заряд плазменных кастетов. Он не шелохнулся. Лежа на ней и прижимая ее к полу, Танос взял голову асгардийки своими огромными руками и что есть силы сдавил, зажмурив бесполезные глаза. Он попросил вселенную, судьбу и любые силы, которые только существуют в мире, об одной-единственной милости.

* * *

«Кровавая Эдда» скачками неслась по космосу, двигатели давали осечки, система навигации сломалась, пока внутри шла битва. Согласно протоколам корабль должен был направиться к Биврёсту и вернуться в Асгард, но эти протоколы отменило командование корабля, введя противоположные указания. Система безопасности то ли тоже сломалась, то ли отключилась за время схватки, и теперь двигатели «Кровавой Эдды» отправляли ее то в одну, то в другую сторону, отчаянно пытаясь выполнить все команды разом, пусть они и противоречили друг другу.

Корабль приблизился к червоточине близ Альфхейма, попытался скорректировать курс. И не смог.

«Кровавая Эдда» ворвалась в «кротовую нору» под острым углом и исчезла.

* * *

Очнувшись, Танос увидел мерцание красных огней и услышал голос компьютера, который выдавал объявления о тревоге. Титан с трудом шевелился.

– Танос! Танос!

Это был Ча. Он пришел в себя и пристегнулся ремнями безопасности.

– Вставай! – закричал Ча. – Надо встать и добраться до...

Слова Ча поглотил взрыв света и звука, какого Танос никогда раньше не слышал и не видел.

Они погрузились в «кротовую нору» без должных расчетов и защиты.' «Кровавая Эдда» начала гиперпрыжок сквозь вселенную без направления, цели и мер предосторожности.

Танос вновь потерял сознание.

ГЛАВА 26

ЕМУ снился сон.

Ему снилась она.

Гвинт тянулась к нему. С руки, словно перчатка, слезла гниющая кожа.

Еще рано, сказала она. Рано.

* * *

Он открыл глаза. Их застилал пурпурный дым. Он почувствовал, что рядом что-то горит.

Дышать было можно. Хоть и с трудом. От испарений он закашлялся, тело отозвалось болью. Топор.

Его чуть не порубили на куски.

Дым на мгновение рассеялся, и Танос увидел, что над ним кто-то склонился. Некто двуногий, с серой кожей, в твердом черно-зеленом блестящем доспехе.

К титану потянулась рука, на которой было слишком много больших пальцев, и он снова погрузился в темноту.

* * *

В следующий раз Танос окончательно пришел в себя. Он лежал в коконе из какой-то вязкой субстанции, верхняя половина тела была обмотана липкой паутиной. От нее слегка пахло серой и дегтем. Попытавшись поднять руку, Танос понял, что связан и не может пошевелиться. Он напрягся и порвал несколько нитей.

– Ой! Стой! Не надо! – раздался знакомый голос. Танос склонил голову влево и увидел, как к нему ковыляет Ча – левая нога товарища была обмотана такой же паутиной. – Не делай так!

– Ча, – проговорил Танос слабым голосом. Он понял, что у него пересохло в горле. – Что с нами случилось?