– И куда спешите? Не думал, что кому-то захочется побыстрее пуститься снова в космос после того, как вы еле добрались сюда на той развалюхе, – сказал он и небрежно махнул рукой в ту сторону, где на орбите завис пустой «Санктуарий».
– С Титана не слышно никаких новостей? – Со дня изгнания прошло уже много, очень много времени – казалось, что целая вечность. Танос опасался худшего.
Ро удивился вопросу и задумчиво помолчал.
– Новости? Нет. По крайней мере, я точно ничего не слышал. На Титане не так часто что-то происходит.
Танос облегченно вздохнул. Раз нет новостей, значит, планета еще цела. И есть время ее спасти.
– Итак, – продолжил Ро, возвращаясь к голографической анкете. – Как давно вы управляете кораблем?
Танос издал стон и заново принялся за объяснения. Сначала Ро нетерпеливо кивал, а потом перебил его.
– Послушайте, мне не важно, как именно или от кого вам достался корабль. Эта ржавая кастрюля занимает место на орбите. Астрономический Совет жалуется, что им теперь через их мегателескоп Венеру не видно или куда там они смотрят.
– И при чем тут я? – спросил Танос.
Ро объяснил ему, что «Санктуарий» угнали так давно, что все возможные сроки давности по преступлению вышли... а законные владельцы преставились. Корабль теперь в любом случае принадлежит Таносу, а значит, именно он и отвечает за него.
Танос продал судно и купил взамен то, на что хватило денег, – небольшой скоростной корабль. На борту этого быстрого, маневренного аппарата не было оружия и щиты оказались очень слабыми, но и такой вариант его устроил.
Само собой, Танос назвал его «Санктуарий».
К его удивлению, когда корабль должен был вот-вот взлететь, на трапе появился Ча, облаченный в свободные брюки, кофту с большим вырезом и в серых сапогах по колено. После нескольких суток в лагере беженцев, который был куда уютнее и удобнее койки на «Золотой каюте», он выглядел посвежевшим и вполне довольным.
– И куда мы летим? – первым делом спросил Ча.
– Я не буду требовать, чтобы ты выполнял свои обещания. Ты уверен, что хочешь со мной? – уточнил Танос. – Можешь остаться и...
– И что?
– Жить своей жизнью.
Ча усмехнулся.
– Танос, ты будешь спасать других. Я занимаюсь этим всю свою жизнь.
Танос хмыкнул. Он никогда не рассказывал Ча, как именно собирается спасать Титан. И не стремился заводить об этом разговор.
Тем не менее он рассчитывал, что рано или поздно его рациональность и фактическое положение вещей возьмут верх над мистическими воззрениями и пацифизмом Ча. Танос хотел что-то ответить, но тут послышался чей-то голос:
– Еще для одного место найдется?
У начала трапа «Санктуария», уперев руки в бедра, стояла Кебби. На ней была ярко-синяя роба, а нижнюю часть лица закрывал новый красный платок. Ксандарианские техники избавили ее, как и Ча с Таносом, от ошейника Его Светлости.
– Кебби, ты свободна. Иди и...
– Живи себе? – издевательски спросила Кебби – Пожинай плоды моего труда?
– Ну да.