Чтение книги: Танос. Титан-разрушитель

– Не надо меня отговаривать! – Сказитель сжал кулак и ударил титана в нос.

Не сломал, но Таносу показалось, что нос сместился. По нижней половине лица ручьями потекла кровь.

– Не надо меня отговаривать! – рычал Сказитель, прижимая к себе поврежденную ударом руку. – Я так долго строил планы... – Он запрокинул голову и зашевелил губами. – Больше веков, чем я могу сосчитать. Как только выберусь отсюда, я с твоей помощью начну захватывать все больше умов... и скоро смогу контролировать всех. Целые миры! И наконец... – глаза Сказителя загорелись, дыхание становилось все чаще и чаще, он тараторил: – ...наконец я подчиню себе всю вселенную, Танос! Я проникну в каждое живое мыслящее существо в мире!

– На это уйдет целая вечность, – тихо произнес Танос. – Поверь мне, я все посчитал.

Он с трудом проговорил эти слова. Вокруг него разливался теплый океан, колесо в голове крутилось все быстрее и быстрее. Танос терял последние частицы себя. Скоро его сущность растворится.

– Я исключительно долго живу, – мягко проговорил Сказитель. – Вечность так вечность. – Конец посоха описал широкую дугу и оказался у лица отшельника. Тот поцеловал Камень. – Я наконец все пойму. Все мироздание. Объединю отдельные главы в единую историю, где будет только один персонаж – я сам.

Теряясь в собственном мозгу, пока его тело пылало от боли, Танос старался ухватиться за что-нибудь – за что угодно.

Улыбка Синтаа... Нет, там лишь боль и чувство потери.

Мать... она тоже погибла. Как и Гвинт. И Ча.

И вдруг...

Его дочери.

– Связь между нами сейчас очень сильна... – Сказитель глубоко вздохнул, будто плененный чарующим ароматом. – Ты думаешь о тех девчонках на корабле. О, Танос! Танос! Что ты с ними сделал? И ты думаешь, это любовь? Бедная Небула, она больше машина, чем живое существо. Ты их не заслуживаешь. Да и вообще ничего не заслуживаешь. А теперь ты думаешь об атомной структуре вещества, чтобы не дать мне больше ничего узнать о твоих дочерях. Волнуешься за них, да? Не волнуйся, «отец». Когда мы поднимемся на корабль, я возьму на себя заботы о них. Они будут и моими дочерьми.

Танос сжал губы и издал низкий, скрежещущий стон, который заставил Сказителя склонить голову набок.

– А тебе... тебе... и правда так больно, Танос? Звезды над головой, титан, – я думал, что воин вроде тебя не боится время от времени пролить кровь. Должен сказать, я немного разочарован.

– Привыкай к разочарованию, пока можешь. Жить тебе осталось недолго, – собрав все силы, проговорил Танос.

Сказитель откинул голову и захохотал. Это был веселый, разнузданный смех, не знающий приличий.

– Мои аплодисменты, Танос! Храбрец до самого конца! Почему же ты так в этом уверен, расскажи мне?

Танос обрадовался, что может ухмыльнуться. Он раздвинул губы, и засохшая корка крови треснула.

– Потому что я перестал думать о своих дочерях.

– Что? –удивился Сказитель, и тут Небула выстрелила ему в спину из боевого посоха читаури.

* * *