Чтение книги: Черная Вдова. Красная метка

СМЕРТЬ ПРИ ИСПОЛНЕНИИ СЛУЖЕБНЫХ ОБЯЗАННОСТЕЙ

ИСХ.: ЩИТ, ДЕЛО № 121А415

ОТВЕТСТВЕННЫЙ АГЕНТ (ОА): ФИЛЛИП КОУЛСОН

ПО ДЕЛУ: АГЕНТ НАТАША РОМАНОФФ, ОНА ЖЕ ЧЕРНАЯ ВДОВА,

ОНА ЖЕ НАТАША РОМАНОВА

РАСШИФРОВКА СТЕНОГРАММЫ: МИНИСТЕРСТВО ОБОРОНЫ,

СЛУШАНИЕ ПО ДЕЛУ О СМЕРТИ ПРИ ИСПОЛНЕНИИ СЛУЖЕБНЫХ

ОБЯЗАННОСТЕЙ

МО: Каких слов вы ждете от меня?

РОМАНОФФ: Мои ожидания чрезвычайно скромны, сэр.

МО: Я не могу решить, что выбрать: отстранить вас от должности или посадить за решетку.

РОМАНОФФ: Один вопрос, чего я заслуживаю, и совсем другой – какие будут последствия.

МЮ: Из-за вас погиб ребенок.

РОМАНОФФ: Это я и без вас знаю.

МО: Приму к сведению. Но ответственность за все ваши действия несете вы и только вы, агент. Учтите это.

РОМАНОФФ: Я всегда имею это в виду.

МО: Последнее слово?

РОМАНОФФ: Неважно, что я хотела бы сказать. Важно то, что я хотела бы сделать.

МО: И что же?

РОМАНОФФ: Со всем уважением, но то, что сейчас происходит, вас совершенно не касается.

МО: Это все?

РОМАНОФФ: Нет. Да пошел ты! Сэр. Теперь все.

МО: Не то слово, агент Романофф, и это еще слабо сказано ..

[помехи] Агент? Что вы делаете? Нельзя просто так взять и уйти с федерального...

ОДИННАДЦАТЬ МЕСЯЦЕВ СПУСТЯ

ГЛАВА 37: НАТАША

АКАДЕМИЯ ЩИТА

АДМИНИСТРАТИВНОЕ ЗДАНИЕ

Наташа Романофф шагнула внутрь Академии через главный вход, отряхивая снег со своей черной кожаной куртки.

Она остановилась лишь напротив Стены почета, секретного каменного мемориала агентства, установленного в память погибшим сотрудникам.

У Наташи перехватило дыхание, когда она увидела его имя. Это было все равно что смотреть на собственное надгробие.

АЛЕКСЕЙ РОМАНОФФ.

Наташа провела пальцем в черной перчатке по буквам и прислонилась лбом к камню.

Сколько уже прошло, год?

Но ты никуда не ушел.

Ты смеешься. Ты учишься кататься на велосипеде. Бегаешь за воздушным шариком в холодном московском зоопарке. Играешь с псом, который прыгает выше твоего роста.

Она закрыла глаза.

Было ли оно на самом деле таким? Наше детство? Реально ли хоть что-то за стенами «Красного отдела»? Узнаю ли я когда-нибудь?

Что из личных воспоминаний они не тронули?

И что еще чуждое хранится глубоко в моем подсознании?

– Удивлены? – За спиной Наташи раздался голос Коулсона.

Наташа, вздрогнув, открыла глаза. Она оторвалась от стены.

– Не ожидала. Ведь он не был агентом. Не успел стать.

– Но стал бы выдающимся. У него были все задатки. К тому же кто знает, сколько жизней он спас тогда, в Стамбуле.

Наташа кивнула, заставив себя, наконец, отвернуться от мемориала.

– А что Ава?

– Идемте. Я покажу.

Наташа смотрела сквозь стекло неприметной двери в неприметном коридоре.

– Она вспоминает о том, что случилось?

– Только при необходимости.

– Но воспоминания не тянут ее назад?

– Если уж на то пошло, они подталкивают ее вперед. Она лучшая в классе по всем дисциплинам, агент Романофф.

Наташа посмотрела на агента Коулсона.