Чтение книги: Капитан Марвел. Быстрее. Выше. Сильнее

– Да, сэр, – говорю я, пытаясь успокоиться и жаждая забрать свои слова обратно. – Что ж, давайте выясним, сможет ли этот старый реликт предотвратить это, – говорит Дженкс. Он переводит взгляд с меня на Марию, и я вижу, что его презрительный взгляд ударяет её с силой грузовика. Затем он качает головой, разворачивается и уходит прочь. Занятие проходит словно в тумане. Я не могу концентрироваться. Мне нужно поговорить с Марией. Исправить всё. Сделать что-нибудь. Забрать обратно. Починить. Как только занятие заканчивается, я подбегаю к ней. – Мне так жаль, – говорю я, нагоняя её. Мария смотрит на меня, на её лице выражение обиды и смятения. – Зачем? Зачем ты это сделала? – спрашивает она. Её голос звучит как мольба, и мне почти хочется, чтобы он звучал яростно. Её гнев я бы ещё могла вынести, но печаль... Она разбивает мне сердце. – Я не знаю... я... капитан Дженкс... – Капитан Дженкс. Я уже устала слышать о капитане Дженксе. Ты продолжаешь колотить в эту дверь и не заработаешь себе ничего, кроме разбитых в кровь костяшек. Он никогда не откроет её для тебя и не впустит внутрь. Никогда. – Мария подступает вплотную ко мне. – Ты должна определиться, как долго ты готова верить в то, что его путь единственно верный, и чем конкретно ты готова пожертвовать. Я думала об этом бессчётное количество раз, но это же наблюдение, услышанное из чужих уст, лишь подчёркивает то, как паршиво я себя чувствую из-за того, что сделала, из-за того, что несмотря на то, как далеко я зашла, я по-прежнему становлюсь жертвой старых привычек. – Мария, прошу. Мария берёт мои ладони в свои и крепко сжимает их. – Я люблю тебя, Дэнверс, правда люблю. Но этот вопрос ты должна решить. Мария бежит к Бьянки и Пьерру, которые уважительно ждут её вне зоны слышимости, оставляя меня разбитой и справедливо одинокой. – Я тоже тебя люблю, – в пустоту произношу я. – Да, да, хорошо, – отвечает Нобл, появляясь словно из ниоткуда. – Это я... – я робко указываю в сторону Марии, но потом... – а, неважно. – Полагаю, у тебя есть кое-что, что принадлежит мне, – говорит она, глядя на зажатый в моей ладони блокнот. – А, точно, – говорю я и протягиваю его ей. – Знаешь, тебе не обязательно было это делать, – говорит она, не в силах встретиться со мной взглядом. – Нет, обязательно, – я наблюдаю, как Мария, Бьянки и Пьерр заворачивают за угол и исчезают в кампусе. Нобл быстро пролистывает блокнот, изучая содержимое, словно пытаясь убедиться, что всё осталось в точности таким же. – У меня вся жизнь перед глазами промелькнула, когда я подумала, что Дженкс на него лапы наложит, – призналась она, зацепившись за что-то в блокноте. Её взгляд смягчается, и её пальцы нежно поглаживают и передвигают что-то сложенное и спрятанное среди его линованных страниц. – Это так глупо. Я даже не знаю, зачем я вообще его сохранила. – Она смотрит на меня, решительно вздыхает и протягивает мне сложенный листок бумаги. – У тебя есть право знать, что именно ты защищала, – говорит она. Я беру его.