Чтение книги: Капитан Марвел. Быстрее. Выше. Сильнее

– В три часа, – отвечает она. – Решено, – говорю я. Пока все со мной соглашаются, Бьянки, похоже, начинает медленно погружаться в состояние паники из-за приближающегося мероприятия. Вертолёты заканчивают выступление, и до нас начинают доноситься ни с чем не сравнимые звуки: рёв и урчание самолётного двигателя. – Быть того не может! – в неверии восклицаю я. – Невозможно. Это невероятно. – Почему они нам ничего не рассказали? – спрашивает Мария. – О чем вы двое говорите? – интересуется Бьянки. «Стирман ПТ-17» 1942 года проносится по небу, и мы с Марией кричим от восторга, когда диктор объявляет Джека и Бонни. – Господа, познакомьтесь с «Мистером Гуднайтом», – говорит Мария, тыкая пальцем в небо. – Ты что, шутишь? – спрашивает Бьянки. «Мистер Гуднайт» забирается к небосклону, а затем, достигнув максимальной высоты, крутится и срывается вниз, словно лист на ветру. – Как это может быть тот самый самолёт, на котором мы летаем каждое воскресенье? – спрашивает Мария, наблюдая, как биплан проносится сквозь разрозненные облака словно металлическая игрушка в руках ребёнка, закладывает невероятные виражи и опускается к полю в таких манёврах, которые, кажется, нарушают сами законы физики и логики. «Мистер Гуднайт» снова взбирается к облакам, поворачивает налево, а затем сваливается в штопор, будто лишившись энергии. Мы с Марией наклоняемся вперёд, гадая, не рухнет ли самолёт на самом деле. Неожиданно нам становится страшно, что жизнь двух знакомых пилотов повисла на волоске. Я хватаю Марию за руку, в ужасе представляя, что сейчас увижу... А затем «Мистер Гуднайт» оживает, и публика сходит с ума. – Доброй ночи[15], – говорю я, наконец-то выдохнув. Мы с Марией переглядываемся. – Это... Ты думаешь... Ну не могли же они так назвать свой самолёт из-за этого? – спрашивает Мария. – Они совершенно точно не могли так назвать самолёт из-за этого, – говорит Бьянки, наблюдая за тем, как биплан ещё раз кувыркается меж облаков. Толпа между тем аплодирует их выступлению стоя, и мы присоединяемся к аплодисментам. Затем мы смотрим на выступление «Ф-14 Томкэт» и в изумлении наблюдаем за тем, как крошечная женщина шагает по крыльям старого биплана. На шоу выступают парашютные группы и даже трёхмоторный «Форд Тримотор» 1929 года, который в серебряно-голубой окраске выглядит гладким и современным. В какой-то момент появляется даже клоун с парашютом. А затем. – Дамы и господа. «Громовые птицы» ВВС США необычайно рады сегодня быть здесь с вами. Зрители снова поднимаются на ноги. За этим все сюда и пришли. – Если вы посмотрите в центр лётного поля, – продолжает диктор, – то увидите, как механики и пилоты «Громовых птиц» начинают маршировать к своим машинам. Все взгляды устремляются к колоннам мужчин, направляющимся к шести прекрасным «Ф-16», расположившимся на противоположной стороне лётного поля. – Эф-шестнадцатые... – выдыхает Мария и умолкает. Шесть истребителей «Ф-16 Атакующий сокол» расположились прямо по центру лётного поля.