ГЛАВА 5 – Что ты пытаешься доказать? – Да ты и недели не протянешь! – Тебе здесь не место! Мы в самой середине второго этапа базовой подготовки в Джекс-Вэлли. Я ползу на спине под колючей проволокой с оружием в руке и пытаюсь вспомнить времена, когда не была с ног до головы заляпана грязью. Мы пробегаем полосу препятствий и соревнуемся с другими курсантами, вооружёнными палками с мячами на концах. Мы проходим курс оказания первой помощи, который я применяю практически моментально, пробегая, прыгая и проползая через полосу препятствий. Мы тренируемся с нашими М16 и добиваемся больших успехов в ношении оружия над головой в течение длительного периода времени. Я пытаюсь пересечь озеро, перемахнув через него на канате, но промахиваюсь. Я пытаюсь ещё раз и снова промахиваюсь, но уже не так сильно. Я пытаюсь в третий раз, мои руки касаются каната достаточно долго, чтобы заработать ожог от трения, и в третий раз плюхаюсь в ледяную воду. Я успешно взбираюсь по двухметровой стене... с седьмой попытки. Наше звено всерьёз метит закончить испытание с отличием (вдобавок к нашей «почётной эскадрилье»). Мы с Марией по-прежнему планируем завоевать все награды. На восемьдесят процентов ради себя, и на двадцать процентов – чтобы утереть Дженксу нос. По правде говоря, после нашей встречи на полевом дне это скорее даже семьдесят на тридцать. План зависит от того, сможем ли мы завоевать «ястреба войны», награду, которую получают только те кадеты, которые показывают наилучшие физические результаты, а затем каждая из нас зацементирует этот успех, войдя в число почётных выпускников. Я сплю на крошечной кровати в огромной палатке на открытом воздухе. Мы едим во временном бараке и засыпаем под звуки природы и храп соседей. Так. Круто. Что. я. Не. Могу. В. Это. Поверить. Стоит раннее утро. Мы с Марией завтракаем. Воздух вокруг свеж и прекрасен. Мы молчим и глядим в пустоту. Когда она со вздохом прихлёбывает свой кофе, я могу только улыбаться. Есть что-то прекрасное в том, что ты можешь вот так просто посидеть в тишине с кем-то, кто всё надёжнее и увереннее становится твоей подругой. Может, даже лучшей подругой. Я даже не представляю, на что были бы похожи эти недели, если бы не Мария. Нет, я отчётливо себе представляю, на что были бы похожи эти недели, не будь здесь Марии. Одиночество. Болезненное одиночество. У меня никогда не было друзей подобных Марии. Нет, у меня конечно же были друзья, но не было никого, с кем бы я могла полностью быть самой собой. Когда я училась в школе, существовало две версии меня. Была я настоящая, и та версия меня, которую я выкатывала для общественного потребления. Я знаю, что это была не настоящая я, но теперь, когда я повстречала Марию, я не могу поверить, что получила так много, отдав так мало. – Я рук не чувствую, – жалуется Мария. – А я чувствую лишь боль и предполагаю, что болит у меня там, где должны быть руки, – говорю я и делаю долгий глоток чая.