Меня ослепляет белая вспышка. Пахнет кровью. Через мгновение в поле моего зрения появляется человек, который только что сбил меня с ног. Он стоит ко мне спиной, его плечо оттягивает ремешок большой брезентовой сумки. Я вижу такую же, как у меня, смуглую кожу, его нос уже моего, а глаза немного больше, брови сходятся на переносице, а лицо скривилось в злобной гримасе. Он смотрит куда угодно, только не на меня. Вдруг по его телу начинают плясать отблески синего и красного, и он в панике бросается прочь по улице. Я не без труда поднимаюсь на локтях, хотя голова пульсирует болью, а мир вокруг будто вертится. Я слышу удаляющиеся по улице тяжелые шаги, встаю на колени, и вдруг кто-то пинает меня под ребра.
– Вот ты где, мерзавец!
Я вижу, как к моему лицу стремительно приближается метла, и вскидываю руки, чтобы закрыться от щетинок и пыли.
– Я же говорила, он от меня не убежит! Думаешь, так просто вломиться в мой магазин в моем же районе и уйти как ни в чем не бывало?!
– Нет! – вскрикиваю я. Меня продолжают осыпать ударами, а я пытаюсь откатиться в сторону. – Это был не я! Это… А-а!
За каждым моим словом следует новый удар.
– Честно… – шмяк! – это – шмяк! – не – шмяк! – я! Тот – шмяк! – парень – шмяк! – сбежал.
Паучье чутье отдается трезвоном в шее с такой силой, что мне кажется, его можно услышать.
Наконец перед глазами почти перестают плясать звезды и круги, я встаю на четвереньки, поднимаю глаза и смотрю на своего обидчика. Это женщина примерно моего роста, телосложением схожая с моей бабушкой. Глаза ее блестят, волосы стянуты в такой тугой пучок, так что я удивлен, что у нее нет головных болей.
Или они есть, и именно поэтому она хочет меня убить.
Красные и синие огни сейчас окружают нас со всех сторон. Я снова пускаюсь в объяснения и говорю, что она ошиблась, а за моей спиной раздается низкий вой сирены. Я быстро оборачиваюсь, прикрывая глаза от фонарей, благодарный людям, которые помогают нам с Питером ловить настоящих преступников – вроде того, кто только что сбежал. Я уже стою на ногах, и только теперь ощущаю, как под носом струится кровь, а пульсация из головы опускается в шею.
Как же хорошо, что они приехали. Они-то за меня поручатся.
– Офицеры, это он, – раздается сзади.
И тут я вспоминаю, что я без костюма. Сейчас я не Человек-Паук. Полиция никак не сможет отличить меня от грабителя.
Они видят темнокожего паренька в кофте с капюшоном, который стоит перед разбитой витриной.
И вот на меня смотрят дула пистолетов, щелкают предохранители.
– А ну-ка на землю, парень! Руки за голову!
Вот так, сейчас я просто какой-то парень. Обычный. Предполагалось, что я буду обычным парнем, который никогда не сдается, но, когда я поднимаю руки в воздух и опускаюсь на колени, глотая слезы, кажется, именно это я и делаю.