Я вырываю сумку из-под диванчика, и мы вместе выбегаем из ресторана. Никогда в жизни еще не приходилось бегать так быстро. Я знаю, что нельзя оборачиваться, и все же оглядываюсь и вижу, как в метре от моей пятки клацает серый клюв. Я кричу, силюсь быстрее шевелить ногами и мчусь за Питером через заднюю дверь в переулок. Мы прячемся за мусорками у ресторана, вспугнув случайно забредшую туда уличную кошку.
Оно и к лучшему. Пусть прячется, пока может.
Мы расстегиваем рюкзаки и принимаемся за давно отработанную процедуру.
Проверяем, нет ли кого поблизости.
Становимся спиной к спине.
Вытаскиваем костюмы.
Пора переодеваться.
Надеваю на запястья веб-шутеры.
Только в этот раз я поднимаю взгляд и понимаю, что нас видят. Одна из крылатых тварей с криком сбивает кого-то на асфальт – темноволосого парня в зеленой кофте с капюшоном – и выбивает из его рук телефон с усилителем вайфая.
Все происходит будто в замедленной съемке.
Включаются рефлексы.
Я бросаю рюкзак и оставшуюся часть костюма и бегу к концу переулка.
Слышу, как Питер сзади выкрикивает мое имя:
– Майлз, стой! Маска!
Но я вижу только, как Ганке, мой друг и сосед по комнате, без сознания падает на асфальт, а сверху на него наваливается пернатый зверь, распахивает пасть с жуткими клыками, с которых капает слюна, и нагибается все ниже.
– Отпусти его! – кричу я, рефлекторно вытягивая руку и отгибая запястье. Не успев понять, что я и правда без маски, стреляю паутиной. Белые нити свистят по воздуху и заклеивают морду существа. Зверь хватается за голову когтями и заваливается на спину, его сбивает такси и протаскивает по переулку кричащей массой перьев, которая ничего перед собой не видит.
Только тогда я разворачиваюсь к Ганке и осознаю: на самом деле он в сознании, просто отворачивался. Он в восхищении смотрит на меня широко раскрытыми глазами, которым сам не верит. Наконец, поднимается.
– Т-т-т-ты-ы, – мямлит он. Ганке настолько поражен, что до сих пор даже не поднял свой телефон и не заметил, как люди в панике бегут по улице. Я нагибаюсь подобрать телефон, отряхиваю его и отдаю Ганке. Он берет аппарат в руки, отворачивается, а потом снова смотрит на меня. Сердце у меня в груди колотится.
Ганке знает.
– Ты… ты ведь… – еле выговаривает он. – Да?
Я глубоко вздыхаю, вспоминая, чего наговорил, когда пролез в комнату общежития и отчаянно выдумывал объяснения. Я ведь всегда так осторожничал, лишь бы не выдать, кто я на самом деле. И соврал ему, когда обещал, что расскажу, если что-то случится. И теперь он знает. Знает все.
Однако, если выбирать между своей тайной и жизнью Ганке, пусть лучше знает о моем выборе.
– Да, – я пожимаю плечами. – Да.
Глава 13
– Н-Н-НО… – запинаясь, произносит Ганке. – А… вот… так… вот та штука… и… и я… да как же ты?…
– Ну да, – отвечаю я, снова пожимаю плечами и прячу руки в карманы. – Извини.
Я знаю, что он сейчас спросит.
Почему ты мне не сказал?
Почему ты мне не доверился?
Как ты мог?