Чтение книги: Холод

Тристен остановился в дверном проеме, думая о том, каким предстал перед ним мостик в прошлый раз – затянутым паутиной, ветшающим, открытым перед Врагом. А теперь Тристен шел по ковру из клевера с крапинами голубых васильков и лилового паслена. В тени кресел и панелей управления алые лепестки триллиума прижимались к почве; их застенчивость противоречила их цвету.

А над головой и вокруг – звезды.

Тристен знал, что это не вид из окна переднего обзора и что это изображение не «сырое», а отредактированное – потому что «Лестница Иакова» все еще мчалась вместе с расширяющимся полем обломков, которое образовалось в момент смерти звезд. Взрыв этих звезд придал миру ускорение. А теперь, когда электромагнитные сетки были перенастроены, чтобы загонять раздробленную звездную материю в алчные пасти мира, трупами звезд питались просыпающиеся двигатели корабля.

Тристен увидел звезды так, как они бы выглядели без лучезарного слоя пыли и газа – эффектную межзвездную ночь, не запятнанную новорожденной туманностью. Когда «Лестница Иакова» ускорится, она оставит фронт взрывной волны позади, но пока что они путешествовали вместе.

Отфильтрованные звезды выглядели неподвижными. На таком расстоянии и при таких скоростях видимое движение было незаметным.

Когда Тристен сделал паузу, чтобы насладиться этой панорамой, ангел снова появился перед ним. Его аватар переходил от одной панели к другой, словно они могли включиться только после его прикосновения. Тристен предположил, что Строителям было более комфортно находиться в обществе видимого доброжелательного существа, но самому Тристену оно казалось избыточным.

– Пожалуйста, открой панели состояния, – сказал Тристен. – О состоянии всего корабля…

– В том объеме, который у меня есть, – поправил его ангел.

– …с акцентом на инженерном отделе. Отчеты о потерях и ущербе. Медицинское заключение о важных членах команды. Отчеты об износе материалов. Отчет о состоянии ключевого персонала, а также список пропавших и умерших.

Риан, конечно. Тристен подумал о том, включит ли ангел ее в число погибших. Фактически она не умерла, но даже если ее нет в живых, ее смерть – которая на самом деле была не смертью, а прекращением независимого существования – произошла до взрыва сверхновой.

Войдет ли ее имя в список или нет, Тристен не знал, но был уверен, что увидит в нем имена других, столь же близких ему людей.

Воздух перед ним потемнел, но не утратил прозрачность. По нему потянулись яркие столбцы слов и чисел. Для плебея они двигались слишком быстро, но Тристена эта скорость совсем не напрягала.

– Есть ли ключевые специалисты, состояние которых вы хотите установить прежде всего? – спросил ангел. – Урон велик, и если я могу сфокусировать свои усилия…

– Кейтлин, – ответил Тристен. – Бенедик. Все члены семьи Конн и руководство Двигателя и Власти, – затем, скрипя зубами, он произнес имя, называть которое ему хотелось меньше всего: – И Арианрод.