Чтение книги: Утонувший великан

– Что? – подался к нему Коннолли. – Как? Почему они не дождались… – Он оглянулся на тяжелые ящики с оборудованием. – Они же не знали, как…

Перейра остановил его, подняв руку.

– Успокойтесь, мой дорогой лейтенант, я выразился фигурально. Как вы не понимаете: это кочевой народ, они всю жизнь в движении. За пять лет индейцы по сто раз исходили каждый квадратный фут леса. Нет смысла их снова туда посылать. У вас одна надежда – если они что-то видели, и их удастся разговорить.

Пока Перейра разворачивал следующий пакет, Коннолли обдумывал сказанное.

– Хорошо, но я, может быть, захочу сделать несколько разведочных выходов. Не сидеть же мне на месте три дня.

– Естественно. Не волнуйтесь, лейтенант. Если ваш астронавт сел в пределах пятисот миль отсюда, они об этом знают.

Развернув пакет, он извлек миниатюрный тиковый футляр. Передняя панель откидывалась, открывая циферблат больших настольных часов из бронзового сплава с золоченым куполом колокольчика над готическими стрелками и цифрами. Капитан сверил их с наручными часами.

– Хороши, идут безупречно, ни на секунду на отстали за сорок восемь часов. Райкер запишет нас в белую книгу.

– Ради бога, зачем ему часы? – покачал головой Коннолли. – Я думал, он оставил все это в прошлом.

Перейра закрыл циферблат.

– А, да ведь от чего бы мы ни бежали, всегда уносим с собой воспоминания. Райкер коллекционирует часы, это я уже третьи для него покупаю. Бог знает, что он с ними делает.

Катер изменил курс и по широкой дуге развернулся поперек течения. Струи журчали и лепетали у борта. Мужчины вышли на палубу, где рулевой убирал часть сеток, освобождая себе вид на реку. Двое матросов вылезли из люка и встали на носу и на корме с причальными крючьями наготове.

Катер достиг широкой излучины, где поток выходил из берегов, разливаясь на полосе илистых отмелей двухсот, а то и трехсот ярдов в ширину. Вода на них стояла почти неподвижно, просачиваясь за обозначенные деревьями края, так что взгляд с трудом находил вход и выход русла. Во внутреннем изгибе излучины, где был единственный участок твердой земли, на низком свайном помосте выстроили несколько хижин. Лес с обеих сторон протягивал к ним узкие языки, но дальняя от реки сторона была расчищена под селение – кампонг. По его дальнему краю тянулись домики кладовых, полуразвалившиеся шалаши и завалы сухих пальм.

Все выглядело заброшенным, но, когда катер, выбивая из стеклянной глади султан белых брызг, подошел ближе, в тени завивших помост лиан появились индейцы и с каменными лицами уставились на пришельцев. Коннолли ожидал увидеть высоких плечистых воинов с белыми шрамами на груди и плечах, но эти индейцы выглядели мелкими вырожденцами, низколобыми и плоскоголовыми, явно недоедающими. Они созерцали гостей с угрюмой настороженностью, как у забившейся в канаву бродячей собаки.

Перейра, прикрыв глаза от солнца – они пересекали солнечную дорожку на воде, – шарил взглядом по убогим бунгало из плетеного ротанга на дальнем конце помоста.