Он постоянно носил с собой опись, дополняя ее по мере необходимости, спокойно и без возражений анализируя эти новые методы продаж и задаваясь вопросом, может ли капитуляция быть единственным путем к победе. До тех пор, пока он будет оказывать хотя бы символическое сопротивление, кривая инфляции будет демонстрировать контролируемый десятипроцентный рост ежегодно. Однако, если даже это мизерное сопротивление устранить, инфляция с прытью ракеты взмоет ввысь, и ничто ее не остановит…
Два месяца спустя Франклин, возвращаясь домой из больницы, впервые воочию узрел, чем это может обернуться.
Он ехал по полосе со скоростью сорок миль в час, не в силах угнаться за потоком новых машин, и только что проехал второй из трех перекрестков, когда движение в полумиле от него начало замедляться. Сотни машин подъехали к заросшей травой обочине, и вокруг одного из билбордов собралась целая толпа. Две маленькие черные фигурки проворно карабкались по металлическому щиту, и в сумерках на нем вспыхивали и гасли световые узоры с решетчатым рисунком. Узоры выходили дергаными и ломаными, как будто билборд тестировался в самый первый раз.
Испытав облегчение от того, что подозрения Хэтэуэя оказались беспочвенными, Франклин свернул на мягкую обочину, а затем прошел вперед сквозь толпу зрителей. Свет фонарей упал им на лица. Внизу, за стальными ограждениями, окружавшими бетонный островок, выстроился целый отряд полиции. Вытягивая шеи, они смотрели на людей, штурмовавших билборд в сотне футов над их головами.
Внезапно Франклин остановился, и чувство облегчения вмиг испарилось. Полицейские, находившиеся на земле, вооружились дробовиками, а у двух спецназовцев, взбиравшихся на стальной щит, за плечами висели автоматы. Они настигали третью фигуру, проводившую некие манипуляции у распределительного короба на предпоследнем ярусе конструкции. Прожектор, направленный с земли, обнаружил ее: смутьяном оказался бородатый мужчина в грязной рубашке и джинсах с дырками в районе колен…
Франклин поспешил к островку. Билборд шипел и трещал – похоже, предохранители в нем перегорали целыми контурами. Но мерцание прояснилось и выровнялось – и теперь огни вспыхнули ровным светом; толпа дружно подняла глаза на ряды ярких букв. И сами фразы, и все возможные их сочетания были ему хорошо знакомы – и Франклин понял, что читал их уже несколько недель, проезжая взад и вперед по скоростному шоссе:
КУПИ СЕЙЧАС КУПИ СЕЙЧАС КУПИ СЕЙЧАС
НОВУЮ МАШИНУ НОВУЮ МАШИНУ
КУПИ ПРЯМО СЕЙЧАС
ДА ДА ДА ДА ДА ДА ДА ДА ДА
Завывая сиренами, два патрульных экипажа выкатились на обочину и протиснулись через толпу по мокрой траве. Полицейские высыпали наружу с дубинками в руках и быстро начали оттеснять зевак. Франклин не сдвинулся с места, когда они приблизились, крича:
– Офицер! Офицер, я знаю этого человека! Дайте мне…