Затянувшееся прощание утомило, хотя наблюдать за тетей, которая обнимала Дудли так, словно тот вытащил Гарри из горящего здания, было забавно. – Мы вообще когда-нибудь поедем? – взревел дядя Вернон, вновь вырастая в дверях. – А еще говорили, время поджимает! – Да… да, поедем. – Дедал Диггл, зачарованный происходящим, с очевидным трудом вернулся к действительности. – Действительно пора. Гарри… Он, слегка споткнувшись, бросился к Гарри и обеими ладонями стиснул его руку: – …Удачи! Надеюсь, мы еще встретимся. На твоих плечах – судьбы всего колдовского мира. – Ну да, – буркнул Гарри, – конечно. Спасибо. – До свидания, Гарри. – Гестия тоже пожала ему руку. – Мысленно мы с тобой. – Надеюсь, все будет хорошо, – сказал Гарри, глянув на тетю Петунию и Дудли. – О, я уверен, мы подружимся! – Диггл на прощание помахал цилиндром и вышел из комнаты. Гестия направилась за ним. Дудли аккуратно высвободился из материнских объятий и шагнул к Гарри, который едва подавил желание выставить ему навстречу волшебную палочку. Но Дудли протянул ему свою большую розовую ладонь. – Ну и ну, Дудли. – Гарри пришлось повысить голос – причитания тети Петунии возобновились. – Тебя что, дементоры подменили? – Не знаю, – пробормотал тот. – До свидания, Гарри. Увидимся. – Угу… – Гарри пожал двоюродному брату руку. – Может быть. Давай, береги себя, Чемпион. Дудли чуть не улыбнулся и вразвалку вышел из комнаты. Вскоре с улицы донесся хруст гравия, а потом хлопнула дверца машины. Тетя Петуния, плакавшая в платочек, встрепенулась и словно бы изумилась, увидев, что осталась с Гарри наедине. Торопливо сунув мокрый платочек в карман, она буркнула: – Что ж… Прощай, – и, не глядя на племянника, направилась к двери. – Прощайте, – ответил Гарри. Она остановилась, обернулась, и на секунду Гарри показалось, будто тетя хочет что-то сказать – такой странный, взволнованный был у нее взгляд, но затем она легонько дернула головой и заспешила вслед за мужем и сыном.