Ты гений! Куинни отправилась к Тине.
(с энтузиазмом)
Значит, едем во Францию, дружище! Я захвачу пальто!
НЬЮТ
Я уже.
НЬЮТ нацелил волшебную палочку на потолок. Пиджак, шляпа и саквояж ЯКОБА падают на пол прямо перед ним. ЯКОБА обдает теплой волной заколдованного воздуха, и его мокрая одежда мгновенно высыхает.
ЯКОБ
(впечатлен)
О! Красота!
Они уходят. Мы видим надпись: БАНТИ, Я УЕХАЛ В ПАРИЖ. НЮХЛЕЙ ВЗЯЛ С СОБОЙ. НЬЮТ.
СЦЕНА 40
НАТ. ПАРИЖ, ТАЙНАЯ ПЛОЩАДЬ, НОЧЬ
Ясная звездная ночь. ТИНА ГОЛДШТЕЙН, восстановленная в должности мракоборца с личной миссией, еще более элегантная и уверенная в себе, чем в Нью-Йорке, хотя с затаенной грустью, подходит к бронзовой статуе женщины в платье со шлейфом на высоком гранитном постаменте. Вблизи статуи ведьмы и колдуны, одетые как маглы, исчезают один за другим.
СЦЕНА 41
НАТ. ТАЙНАЯ ПЛОЩАДЬ, ЦИРК «АРКАНУС», НОЧЬ
Вокруг слышна музыка, смех, разговоры. Представление в цирке в самом разгаре. На афише надпись: ЦИРК «АРКАНУС»: УРОДЫ И ФРИКИ! Дальше несколько тентов, самый большой шатер – в центре.
ТИНА идет по улице, рассматривая уличных артистов. ПОЛУТРОЛЬ показывает чудеса физической силы. В толпе, рискуя оказаться затоптанными, снуют НИЗШИЕ. Они не обладают никакими цирковыми талантами, но хвастают своей магической родословной. Они клянчат у прохожих мелочь. Под шляпами у них спрятаны рожки, а диковинные глаза, как у ПОЛУЭЛЬФОВ или ПОЛУГОБЛИНОВ, вращаются во всех направлениях.
В одной из клеток томится роскошная китайская Зу-ву, похожая на огромную кошку, с длинным хвостом из перьев. В темном небе вспыхивают огни фейерверков.
Предисловие
Мне доводилось работать со многими талантливыми авторами, но Джоан Роулинг просто уникум. У нее поразительная память и фантастическая изобретательность. В отличие от большинства именитых коллег-писателей Джоан не только держит в голове имена всех своих персонажей, даже третьестепенных, но и в мельчайших подробностях помнит все закоулки созданного ею мира. У нее не только неподражаемый, виртуозный литературный слог, она чувствует себя как рыба в воде в кинематографе и сценарном ремесле. Ни с кем мне не работалось так чудесно и легко, как с ней.
Впервые я прочел рукопись «Фантастические твари: Преступления Грин-де-Вальда» весной 2016 года, а уже через год с небольшим мы приступили к съемкам фильма. Интригующе многослойный авторский сценарий поражал самобытностью, эмоциональным накалом и, что самое ценное, был в высшей степени оригинален. В творческом отношении экранизация такого произведения обречена на успех, для режиссера это бесценный подарок судьбы. Сам процесс съемок стал истинным наслаждением: потребовалось воссоздать аутентичную атмосферу Парижа конца 20-х годов прошлого века, выстроить сложный многоуровневый сюжет с массой ярких персонажей, разнообразием вечных тем, а также составить новую коллекцию изумительных фантастических тварей. Словом, каждый съемочный день был для нас праздничным карнавалом.