– За этим присматривайте особо, – сказал старший из охранников, указывая на Росомаху.
– Ага… главное – поближе, поближе, – посоветовал Росомаха.
«Лежи», – прозвучал в его голове голос Эммы.
«Вот еще! Я их легко…»
«Они успеют начать стрельбу, а регенерируешь из нас только ты. Я Хэнка еле уговорила не бросаться в атаку, и ты, черт побери, не дергайся, или я заставлю тебя лежать смирно. Ясно?»
Последовала пауза.
«Росомаха?»
«Хорошо, хорошо».
Кое-как разобравшись с одним делом, Эмма перешла к другому. Она указала на Циклопа:
– Этого человека нужно доставить домой.
Рао прошла к стенному шкафчику и распахнула дверцу. Шкафчик оказался аптечкой первой помощи. Она взяла с полки бинт и пузырек перекиси водорода.
– Вызывайте дежурных медиков, – приказала она, обратившись к старшему группы.
Но солдат только ухмыльнулся и даже не сдвинулся с места. Очевидно, умирающий мутант не стоил того, чтобы звать к нему врача.
– Вы ведь знаете, что в моей власти уволить вас немедленно? – спросила доктор Рао.
Бросив на нее яростный взгляд, охранник шагнул к аппарату экстренной связи на стене, снял трубку и велел дежурному срочно прислать группу экстренной помощи.
Тем временем Рао сорвала упаковку с рулончика бинта, чтобы перевязать раны Циклопа.
– Ваши бинты ни хрена не помогут, доктор, – заметила Эмма.
– У нас прямо под боком опытные хирурги…
– А у нас дома – целитель, – возразила Эмма.
– Они никуда не уйдут, – объявил командир охранников. – Эти люди незаконно проникли на охраняемую территорию. Если они попали под огонь, то только по собственному недосмотру. Думать надо было, прежде чем…
– То есть, мы сами попали под огонь? – сказала Эмма.
Мысленно она обратилась к своим: «Дайте мне их на полминуты без их драгоценных скремблеров. Они у меня всю оставшуюся жизнь будут мучиться каждый раз, когда пойдут отлить».
– Что здесь, по-вашему, произошло? – продолжала она вслух. – Мы сами кинулись на ваши пули, которые просто случайно пролетали мимо? Вы открыли огонь, когда мы решили уйти.
– Вы незаконно проникли сюда. И когда вам уходить – решать не вам.
«А отливать они смогут, только задрав ногу у телеграфного столба. Как и положено грязным собакам».
Опустившись на колени рядом с Эммой, Рао принялась быстро и умело промывать и перевязывать раны Циклопа. Эмма заметила скремблер, вложенный в ее ухо, как наушник.
– Даю слово, я не намерена причинять вам вред, – сказала Рао.
– Пока у вас левом ухе это устройство, о ваших намерениях я ничего точно сказать не могу.
Рао указала на одну из ран Циклопа, продолжавшую кровоточить:
– Зажмите рану, – она взглянула на Зверя. Тот так и стоял без движения там же, где она застала его, войдя в комнату. – Что с доктором Маккоем? Он…
– Он, к вашему сведению, болен, – Эмма прижала к ране Скотта тампон. Кровотечение замедлилось. – Немотивированное негативное восприятие выпущенных в него пуль.
– Я не отдавала приказа применять силу, – сказала Рао. – Я совсем не хотела, чтобы кто-либо пострадал. В этом-то все и дело.