Чтение книги: Удивительные Люди Икс. Одарённые

– Во-первых, хочу, чтобы вы не забывали: если возникнут вопросы, вы в любое время можете обращаться ко мне. Вам предстоит столкнуться с множеством непонятных вещей, которые покажутся вам… э-э… непонятными, – он моргнул. К счастью, его лицо было скрыто под специальным визором из рубинового кварца, блокирующим смертоносные лучи из его глаз. – Все вы собрались здесь, – продолжал он, – потому что каждый из вас – носитель гена Икс, наделяющего вас сверхчеловеческими силами. Отсюда и название – «Люди Икс».

В воздух тут же взлетела рука.

Скотт был удивлен. Он вовсе не ожидал, что вопросы возникнут так быстро.

– Да, э-э… – он покопался в памяти, припоминая, кто это. – Э-э… Джулиан?

– Кевин, – поправил его юноша.

– Верно. Кевин. Что у тебя за вопрос?

– Я думал, «Икс» – это в честь профессора Ксавье. Понимаете, первая буква его фамилии.

– На самом деле ее следует произносить как «Завье». Как будто первая буква – не «икс», а «зет».

– Вы уверены?

– Да, абсолютно. Теперь позвольте…

В воздух взметнулась еще одна рука.

– Да, э-э… Остин?

– Даллас.

– Да, верно. Даллас.

– А как правильно: Магнето или Магнито?

– Первое.

В воздух взлетели сразу пять рук.

Эмма Фрост, чуть приподнявшись с места, холодно сказала:

– Отложим вопросы до окончания беседы.

Руки тут же опустились.

Скотт продолжал. Рассказал и о славной истории школы, и о надеждах профессора Ксавье, и о нелегких испытаниях, предстоящих ученикам, и о социальной ответственности мутантов…

И все это звучало неловко, монотонно, будто он предпочел бы оказаться где угодно, только не здесь, и заниматься чем угодно, только не говорить всего этого.

Слова слетали с языка одно за другим, но Скотт видел, как с каждым прозвучавшим слогом угасает интерес учеников. Ему не удалось завладеть их вниманием. Он был для них просто здоровенным занудой в отливавшем красным визоре.

Наконец, не в силах больше выносить всего этого, он сказал:

– Итак, э-э… если у кого-нибудь есть еще вопросы…

Вопросов не последовало. Он искоса взглянул на Эмму. Ее лицо было бесстрастным, точно камень. Скотт вдруг осознал, что не может с уверенностью сказать, в чем дело. Быть может, ребятишки просто не хотят продолжать эти муки? Или это Эмма мысленно передает им: «Если хоть один из вас задаст хоть один растреклятый вопрос, вы не просто пожалеете, что родились на свет – вы забудете, что родились на свет».

– Что ж, окей, благодарю за внимание, – сказал Скотт.

Под чьи-то робкие попытки аплодировать он занял свое место, крайнее справа. Хэнк невозмутимо взглянул на него. Наклонившись к нему и указав на свои карточки, Скотт прошептал:

– У меня был еще целый раздел о гражданской ответственности. Но я подумал, что его лучше опустить.

– Хорошая мысль, – согласился Хэнк.

Кафедру вновь заняла Эмма.

– Ну что ж, – заговорила она, с легким раздражением глядя на пустое кресло, ожидавшее того, кто еще не прибыл, – видимо, наша первая встреча закончится чуть раньше, чем…

Вдруг зал ахнул: прямо из стены появилась голова молодой женщины.