Чтение книги: Убийство в «Восточном экспрессе»

– Вы просто этого не заметили, – пояснил Пуаро любезным голосом. – Для этого нужен глаз профессионала. Эти письма написаны не одним человеком, месье Маккуин. Их писали два или три человека – по одной букве зараз. Кроме того, письма написаны печатными буквами, а это значительно усложняет идентификацию почерка. Он помолчал, потом спросил: – Вы знаете о том, что месье Рэтчетт обращался ко мне за помощью? – К вам? В голосе Маккуина звучало такое искреннее удивление, что Пуаро сразу понял, что он ничего не знает. Сыщик кивнул: – Да. И был при этом сильно обеспокоен. Скажите, как он среагировал на первое письмо? – Сложно сказать, – поколебавшись, ответил Маккуин. – Он… он отбросил его со своим всегдашним тихим смешком. Но мне показалось, – молодой человек слегка поежился, – что за этим смешком скрывалась буря эмоций. Пуаро снова кивнул. Его следующий вопрос оказался совершенно неожиданным для опрашиваемого. – Мистер Маккуин, скажите – только честно, – как вы относились к вашему работодателю? Он вам нравился? Гектор Маккуин задумался. – Нет, – ответил он наконец. – Он мне не нравился. – Почему? – Сложно сказать. Манеры у него всегда были очень приятные… – Мужчина помолчал, затем продолжил: – Скажу вам как на духу, мистер Пуаро, – он мне не нравился, и я ему не верил. Я уверен, что он был жестоким и опасным человеком. Хотя должен признаться, что у меня нет никаких доказательств этого. – Благодарю вас, месье Маккуин. Еще один вопрос – когда вы в последний раз видели месье Рэтчетта живым? – Прошлым вечером… – Маккуин задумался, вспоминая, – около десяти часов. Я зашел к нему в купе, чтобы сделать кое-какие записи. – Записи о чем? – В Париже он купил какие-то древние черепки и античную посуду. Когда их доставили, то оказалось, что это не то, за что он заплатил. Переписка по этому поводу была очень долгой и достаточно ядовитой. – И это был последний раз, когда вы видели его живым? – Да, мне так кажется. – А когда месье Рэтчетт получил последнее угрожающее письмо? – Утром того дня, когда мы уезжали из Константинополя. – И еще один вопрос, который мне хотелось бы задать вам, месье Маккуин, – в каких отношениях вы были с месье Рэтчеттом? Неожиданно в глазах молодого человека промелькнул огонек. – По-видимому, именно сейчас я должен покрыться мурашками и произнести сакраментальную фразу любого бестселлера: «У вас на меня ничего нет». У нас с Рэтчеттом действительно были абсолютно нормальные отношения. – Будьте любезны, месье Маккуин, сообщите мне ваше полное имя и адрес в Америке. Молодой человек продиктовал свое имя – Гектор Уиллард Маккуин и адрес в Нью-Йорке. Пуаро откинулся на подушки. – На сегодня это все, месье Маккуин, – сказал он. – Буду благодарен вам, если вы какое-то время не будете распространяться о смерти месье Рэтчетта. – Я должен рассказать об этом его камердинеру – Мастермэну. – Возможно, он уже знает об этом, – сухо заметил Пуаро. – Если так, то посоветуйте ему держать язык за зубами. – Это будет совсем нетрудно.