Шведская дама вытерла глаза. – Я есть глупый, – сказала она. – Плакать как бэби. Все к лучший, что ни происходить. Однако мало кто из присутствовавших разделял этот христианский подход к случившемуся. – Все это очень здорово, – беспокойно произнес Маккуин, – но мы можем застрять здесь надолго. – А что это хотя бы за страна? – плаксивым голосом спросила миссис Хаббард. Узнав, что это Югославия, она сказала: – Так это одна из балканских стран? Тогда чего еще мы могли ожидать? – Вы здесь единственный спокойный человек, мадемуазель, – произнес Пуаро, обращаясь к мисс Дебенхэм. Девушка слегка пожала плечами. – А что мы можем сделать? – А вы, оказывается, философ, мадемуазель. – Философия подразумевает отстраненное отношение к жизни, а у меня все гораздо проще – я научилась не тратить нервы и силы на бесполезные эмоции. Разговаривая, мисс Дебенхэм даже не взглянула на сыщика. Она смотрела сквозь него, куда-то далеко, туда, где возвышались горы нанесенного снега. – У вас сильный характер, мадемуазель, – мягко произнес Пуаро, – пожалуй, самый сильный среди всех присутствующих. – Ну что вы, совсем нет. Я знаю человека, у которого характер гораздо сильнее. – И это?.. Казалось, что она неожиданно пришла в себя и поняла, что говорит с незнакомцем, с которым до сегодняшнего утра обмолвилась едва ли полудюжиной фраз. Девушка рассмеялась вежливым, но отчужденным смехом. – Возьмите, например, эту старую леди. Вы наверняка обратили на нее внимание. Очень уродливая старая леди, и тем не менее она притягивает к себе взор. Ей достаточно пошевелить мизинцем и о чем-то вежливо попросить, как весь поезд бросается выполнять ее желания. – Люди точно так же бросаются выполнять желания моего друга, месье Бука, – заметил Пуаро, – но это только потому, что он директор Компании, а не потому, что у него сильный характер. Мэри Дебенхэм улыбнулась. Утро заканчивалось. Несколько человек – и Пуаро среди них – остались в вагоне-ресторане. Они подсознательно чувствовали, что общество других пассажиров поможет им легче убить время. Сыщик узнал новые подробности о дочери миссис Хаббард и о дневных привычках рано покинувшего сей мир мистера Хаббарда, начиная с того момента, как тот просыпался утром и приступал к своему завтраку, который состоял из овсяной каши, и кончая его отходом ко сну в ночных носках, которые ему вязала обязательно сама миссис Хаббард. Как раз когда сыщик выслушивал запутанный рассказ о целях миссионерской организации дамы из Швеции, в вагон вошел один из проводников и встал сбоку от него. – Pardon, monsieur. – Я слушаю. – Месье Бук предает вам привет и говорит, что был бы рад, если б вы соблаговолили присоединиться к нему на несколько минут. Пуаро встал, пробормотал свои извинения даме из Швеции и вслед за проводником вышел из вагона. Этот проводник – крупный светловолосый мужчина – был не из их вагона. Бельгиец проследовал за ним по коридору своего вагона и перешел в следующий. Мужчина постучал в дверь, а затем сделал шаг в сторону, давая Пуаро возможность войти.