– Около сотни миль, но если мы сейчас поднимем якорь, то одному богу известно, когда мы доберемся. В этой части Средиземного моря от такого шторма можно ждать чего угодно. Придется задраить все люки, снести все вниз в салон и хорошенько закрепить, – капитан повел широченными плечами. – Но даже в этом случае мебель наверняка пострадает – не говоря уже о тарелках, бокалах и вазах. Мы, конечно, справимся, но я бы очень советовал вам еще раз хорошенько подумать.
Я повернулся к Робу – тот в ответ сжал губы и чуть заметно кивнул, словно желая сказать: «Будь что будет!» То же самое, слово в слово, я повторил капитану.
– Поднимаем якорь, и будь что будет, кэп, – я вскинул сжатый кулак. – Держу пари, плавание будет что надо, прямо для книги рекордов!
Капитан Марк с кислой улыбкой покачал квадратной головой. А мы поднялись на борт и стали готовиться к отплытию.
Через четверть часа я развалился на удобном матрасе на самом верху ходового мостика и с удовольствием смотрел, как темноволосая стюардесса готовит мне «Кровавую Мэри». Она тоже была одета в форму «Надин».
– Ваш коктейль, мистер Белфорт, – с улыбкой сказала Мишель. – Что-нибудь еще?
– Да, Мишель. Я сейчас в том редком состоянии, когда могу наслаждаться каждой минутой. Кстати, именно это мне посоветовал мой доктор. Так что включи таймер, который ты используешь, когда варишь яйца, Мишель, иначе я могу снова загреметь в больницу.
– Как скажете, мистер Белфорт, – хихикнув, Мишель повернулась, чтобы уйти.
– Мишель! – завопил я достаточно громко, чтобы перекрыть и вой ветра, и рев двигателя.
Мишель обернулась.
– Если я усну, не буди меня. Просто смешивай мне по одной «Кровавой Мэри» каждые четверть часа, приноси сюда и ставь возле меня. Я выпью их все, когда проснусь. Договорились?
Вместо ответа она подняла вверх большой палец и стала спускаться с мостика по узкому трапу на верхнюю палубу, где стоял небольшой вертолет.
Я бросил взгляд на часы. Был уже час дня. По римскому времени. Я мог бы поклясться, что чувствую, как мой желудок как раз в этот момент всасывает четыре таблетки кваалюда. Еще четверть часа, и я почувствую, как начинаю уплывать, а еще через четверть часа буду спать мертвым сном. Эта мысль подействовала на меня успокаивающе. Блаженно улыбаясь, я опрокинул в себя «Кровавую Мэри». Потом пару раз глубоко вздохнул и закрыл глаза. Господи… какая расслабуха!
Разбудили меня капли, упавшие на лицо. Дождь? Открыв глаза, я увидел над собой синий купол неба. Это было непонятно. Я скосил глаза вправо – восемь бокалов с «Кровавой Мэри», полные до краев, выстроились в ряд, словно солдаты на параде. Закрыв глаза, я сделал глубокий вдох. Ветер выл над головой, словно голодный зверь. Я снова почувствовал на лице брызги. Какого хрена? Я открыл глаза. Может, это очередная шуточка Герцогини? Но ее не было видно – на мостике, кроме меня, не было ни души.