Чтение книги: Волк с Уолл-стрит

Джанет улыбнулась – улыбнулась, подумав о том, что увидит Чэндлер, – и я не мог не задуматься о том, как же мы живем, если покой и умиротворение нам может принести только чистота и невинность ребенка.

Я уже добрых пятнадцать минут произносил свою прощальную речь, когда мне вдруг стало ясно, что это речь на моих собственных похоронах. В этом был свой плюс – у меня была уникальная возможность своими глазами увидеть реакцию всех пришедших на мои похороны.

Вы только посмотрите, как они слушают, ловя каждое мое слово! Как много восторженных лиц, горящих глаз… мускулистых торсов, подавшихся вперед. Каким бешеным восторгом горят глаза девушек-консультантов с пышными светлыми волосами, восхитительными глубокими вырезами и, конечно же, роскошно вылепленными чреслами. Наверное, мне следовало бы внедрить в их подсознание мысль о том, что каждая из них должна до конца своих дней изнывать от неутолимого желания сделать мне минет и до последней капли проглотить самую суть моего мужского естества – мое семя.

Боже, какой же я извращенец! Даже сейчас, посередине прощальной речи, мой мозг бешено работал в параллельном режиме. Мои губы двигались, произнося слова благодарности стрэттонцам за пять лет неослабевающей преданности и обожания, а мозг задавался вопросом, не маловато ли я трахнул девиц, работавших в моей фирме. Что значили эти мысли? Это какой-то личностный порок? Или же вполне естественно хотеть трахнуть всех? В конце концов, какой смысл в обладании властью, если не пользоваться ею для совокупления? Честно говоря, я пользовался этим аспектом власти не так часто, как мог бы; во всяком случае, тут мне было далеко до Дэнни. Стану ли я жалеть об этом когда-нибудь? Или же я прав и поступал правильно, как взрослый ответственный человек?

Все эти странные мысли носились в моей голове со свирепостью пятибалльного торнадо, в то время как изо рта без всякого сознательного усилия с моей стороны потоками лились своекорыстные, но мудрые слова. И тут я почувствовал, что мой мозг катится не по двум дорожкам, как всегда, а даже по трем! И это было чертовски удивительно.

На третьей дорожке шел внутренний монолог, анализирующий извращенную природу второй дорожки, где рассматривались все «за» и «против» орального секса с девушками из «Стрэттон». Тем временем по первой дорожке непрерывным потоком лились умные слова прощальной речи, обращенной к стрэттонцам. Откуда брались эти слова? Возможно, из той части мозга, которая работала независимо от сознательных усилий, а может, просто по давней привычке. Ведь за последние пять лет я провел… сколько же я провел собраний?.. Дважды в день в течение пяти лет… триста рабочих дней в году… Итого три тысячи собраний за вычетом тех, которые проводил Дэнни, то есть около десяти процентов от общего числа. Значит, я произнес приблизительно две тысячи семьсот речей, так-то. Пока я был занят этими подсчетами, губы продолжали произносить нужные слова прощального спича…