Чтение книги: Волк с Уолл-стрит

Несмотря на все это, Эллиот сослужил мне добрую пользу. Я поимел с него больше пяти лимонов налом, и все эти бабки были надежно запрятаны в индивидуальных банковских сейфах во всех концах Штатов. Как переправить все эти бабки в Швейцарию, я еще не придумал, хотя кое-какие мыслишки на этот счет у меня в голове вертелись. Я собирался перетереть это дельце с Сорелем в предстоящем разговоре наедине. Как бы то ни было, я всегда знал, что заменить Эллиота другим подставным, который сможет прокачивать такой же объем налички, не оставляя письменных следов, будет нелегко.

Но теперь, когда я собирался отмывать свои деньги в Швейцарии, вопрос о накоплении нала как такового уже не стоял. Я мог бы просто хранить бабки на своем швейцарском счету, и пускай им капают с них проценты. Но были и еще вопросы, которые я не мог задать на сегодняшней встрече. Как я смогу пользоваться деньгами, которые я положу на свой счет в Швейцарии? Как я буду тратить их? Как мне перегнать отмытые бабки обратно в Штаты для дальнейших инвестиций? У меня оставалось еще много вопросов, на которые я хотел бы получить ответ.

Но самым главным было то, что, используя Швейцарию как прачечную, я мог теперь выбирать себе подставных, полагаясь исключительно на их надежность. Это значительно расширяло круг потенциальных подставных, и мои мысли быстро переключились на родственников моей жены. Они не были гражданами США; они все жили в Великобритании – вдали от любопытных глаз ФБР. Существовала мало кому известная лазейка в правилах Комиссии по ценным бумагам и биржам, позволявшая лицам, не являвшимся гражданами США, становиться пайщиками публичных компаний на гораздо более выгодных условиях, чем предусматривались для граждан. Я имею в виду Правило S, которое разрешает иностранцам не только приобретать акции публичных компаний, но и продавать их раньше чем через два года после выпуска, то есть освобождает их от ограничения, установленного Правилом № 144. Это был совершенно несуразный закон, дававший иностранцам явные преимущества перед американскими инвесторами. И естественно – как и большинство подобных глюков регулятора, – он вызвал мощную волну злоупотреблений, поскольку сообразительные американские инвесторы обстряпывали незаконные сделки с иностранцами и вовсю эксплуатировали Правило S для частных инвестиций без необходимости выжидать целых два года, чтобы продать свои ценные бумаги.

Ко мне тоже не раз обращались иностранцы, которые за скромные комиссионные предлагали использовать их паспорта для сделок по Правилу S. Но я всегда отказывался. В глубине моего подсознания прочно засело предостережение Эла Абрахамса. Как я мог на этой грешной земле довериться какому-то иностранцу в совершенно незаконном деле? Ведь приобретение акций через подставное иностранное лицо было серьезным уголовным преступлением – таким, которое наверняка заинтересовало бы ФБР. Так что я всегда отклонял такие предложения.