Чтение книги: Другой Холмс, или Великий сыщик глазами очевидцев. Норвудское дело

В итоге вышло так, что сцена бойни в серпентарии явилась ослепительным венцом нашего творения, апофеозом леденящей душу готики и захватывающего авантюрно-приключенческого действа. Чего только в нее не уместилось! К каким только хитроумным уловкам мы ни прибегали, чтобы отбить яростную атаку подручных Ройлотта! Растянув питона за концы (мне достался хвост, а Холмс держал громадную гадину за уши, чтобы тот не достал его своими ужасными зубами), мы набрасывали его на наших противников, словно гигантское лассо или сеть, чем сбивали их с ног. Некоторое время, благодаря этому способу, мы держались, но вскоре наши недруги приспособились и начали перебрасываться с нами удавом словно теннисным мячиком. Оттого, что нас было гораздо меньше, это утомительное занятие сказалось на нашей бодрости. Силы стали нас покидать, и наши враги начали нас одолевать. С каждым следующим обменом ударами «наш» питон летел в их сторону все медленнее и бухался на пол где-то посреди меж нами и нашими врагами, тогда как «их» питон раз за разом повергал нас ниц. Даже просто оторвать гадину от пола и раскачать ее занимало все больше времени, что опять же давало врагам драгоценную передышку. В самый отчаянный момент, когда наша гибель казалась неизбежной, Холмс пронзительно выкрикнул какое-то странное слово, вернее даже звук, похожий на чих. Оказалось, что он подобно Маугли умел говорить на языке животных (признаться, мы не избежали влияния столь популярного в последнее время мистера Киплинга с его великолепной «Книгой джунглей»), и все чешуйчатые, позабыв о неприязни к нам, бросились нас спасать. Они прыгали на наших недругов, обвивали им ноги, щекотали их до истерического смеха, забираясь за шиворот, кусались, плевались и били их хвостами.

Наконец, в разгаре всеобщей свалки, когда все представители рода человеческого, что там находились, переплелись с пресмыкающимися в гигантский кусок слипшейся овсянки, дверь распахнулась, и на пороге возникла она…

– Холмс, – прошептал я завороженный, вцепившись пальцами в клавиши «Ремингтона», – Она… это Элен? То есть миссис Армитедж? То есть мисс Стоунер?

– Конечно! Должны же мы свалить на нее всю вину за происшедшее.

– А что она там забыла в оранжерее… в оранжерее для змей? Тоже решила нам помочь?

– Естественно. Мы – ей, а она соответственно – нам. Давайте прикинем. Значит, во-первых, в своей комнате она никак не могла уснуть.

– Бессонница?

– Возможно, не без этого. Но кроме того ей довольно сильно мешал тот шум, что мы с Ройлоттом подняли в его серпентарной комнате. Закройте глаза и вообразите себе эту картину, Ватсон!