– Значит, был доброжелатель? – заерзал в кресле заинтересованный суперинтендант. – И сцена усложняется? – Не знаю, можно ли назвать его сообщником, потому что неясно, сыграл ли он какую-то роль в этой истории. Я даже не берусь утверждать, что именно он повесил этот шнур. Просто, находясь перед выбором, ей пришлось учитывать, что был некто, кого можно выдать неосторожным словом. – А зачем это было сделано? И когда? – Может, в качестве подсказки для Холмса или наоборот попытки сбить с толку. Что же на счет времени… помните, мисс Стоунер сказала Холмсу, что приедет в Сток-Моран с расчетом успеть его встретить? То есть она появилась там почти перед самым его приездом. Доктор находился в отъезде, и весь дом был в ее распоряжении. Вполне возможно, что оставшееся до прибытия Холмса время она провела вне комнаты, навевавшей на нее такой ужас. Если шнур появился там за время ее отсутствия, но она так и не увидела этого, пока вместе с Холмсом не переступила ее порог… – Слишком ненадежно, – поморщился Бартнелл. – Согласен. Задумавший это, какие бы цели он ни ставил, не мог предсказать в точности ее реакцию, если бы она вошла в комнату. Не было никакой гарантии, что она не открылась бы Холмсу. – Так что же получается? – Что никакого сообщника не было, потому что это куда больше похоже на шантаж. – Намек для нее? – На что-то, о чем говорить было невозможно. То есть это могла была угроза, попытка заставить ее отступить. – Что ж, инспектор, эта версия гораздо убедительнее объясняет ее молчание. Но в таком случае, если бы мисс Стоунер обнаружила шнур до приезда Холмса, то непременно бы избавилась от него. – Либо этого не произошло, и мы имеем дело со случайностью… – Либо? – Имеется совсем небольшой отрезок времени, в течение которого можно было совершенно точно лишить ее такой возможности. Вспомните, где они встретились. – Она шла к ним навстречу по тропинке… – Вот! И успела довольно далеко отойти от дома. – Думаете, что в этот момент? – с сомнением взглянул на меня шеф. – Это последнее, что остается. – Но тогда это мог сделать лишь тот, кто был в доме еще до ее ухода. Ведь уходя она заперла вход. – Вовсе не обязательно. Вспомните слова мисс Стоунер про ее собственную комнату: «была пробита стена моей спальни». Неизвестный вполне мог попасть внутрь через отверстие в стене и, кстати, точно так же выбраться наружу, если бы Холмс пожелал осмотреть третью комнату. Теоретически, он мог подслушать разговор Холмса с мисс Стоунер и знать о предпринятых ими мерах. Конечно, проникнуть туда незамеченным именно тогда, когда она вышла встречать гостей, тоже непростая задача. Для этого нужно было располагать возможностью наблюдать за домом с близкого расстояния. В связи с этим я обратил внимание на описание дома. – Кажется, я понял. Полагаете, наблюдатель засел в нежилой части? – Конечно! Тем более, что конфигурация здания, если только Дойл подал ее верно, крайне удачна для такой цели.