– Не сопротивляйтесь, – попросил его Танос, силясь изменить положение застрявшей конечности. – Сейчас будет больно, но я вас быстро освобожу.
Несчастный распахнул глаза, и его страх отогнал боль.
– Что ты со мной делаешь? – требовательно вопросил он. – На помощь! Помогите!
– Я и так помогаю! – попытался успокоить его Танос. Сдвинуть бы еще на сантиметр, может, на два, и тогда получится вытащить из углубления стопу.
– Помогите! – не останавливался несчастный, в его голосе звучал ужас.
– Не шевелитесь или попробуйте подняться, – настаивал Танос. – И тогда я вас освобожу...
– Остановите его! – продолжились вопли. – Кто-нибудь, уберите его от меня!
– Кхм. Танос?..
Танос поднял глаза на своего друга, затем перевел взгляд на толпу. Казалось, ужас упавшего мужчины захлестнул и толпу. Прохожие останавливались, оборачивались посмотреть и впивались глазами в Таноса, который пытался вытащить злосчастную ногу из канавки – это было бы куда проще, если бы нога не дергалась из стороны в сторону.
– Вы, – обратился Танос, показав пальцем на одного из прохожих. – Встаньте с другой стороны и придержите ногу.
Тот не сдвинулся с места.
– Вы меня слышите? – раздраженно спросил Танос. – Ему же больно!
Прохожий по-прежнему не шевелился, и Танос выкрикнул свою команду женщине, стоявшей рядом. Она тоже не проявила энтузиазма.
– Позовите на помощь! – выкрикнул раненый. – Он меня толкнул! И теперь отрывает мне ногу!
– Что? – Танос повернулся к нему. – Ничего я такого не делаю!
– Не делает, – подтвердил Синтаа, но по выражению лица мужчины Танос понял, что тот будет упрямо цепляться за свою версию событий.
И тогда до Таноса донесся ропот толпы. Он услышал свое имя, имя отца. Его узнали. Еще бы. Отличительные признаки всегда были при нем.
Мужчина на дороге продолжал стонать от накрывающей его боли. Танос заметил, что сквозь кожу около лодыжки прорывается обломок кости и начинает капать кровь. Если бы только этот мужчина перестал дергаться... Если бы только он позволил Таносу помочь...
– Вы лучше продолжите страдать, чем...
– Танос, – перебил его Синтаа, положив руку ему на плечо. – Пойдем-ка отсюда.
Танос не хотел уходить. Ему нужно было кое-что доказать, и могло получиться убедительно. Но дрожь в голосе товарища заставила его по-новому оценить ситуацию. Страх толпы быстро перерождался в злость и гнев. Их было много, а он один.
Танос позволил другу поднять его на ноги, а затем они пробились сквозь нехотя расступившийся народ и быстро удалились.
– Могло кончиться плохо, – сказал Синтаа.
Это замечание просто восхитило Таноса. Да все и так плохо кончилось. Но не по тем причинам. Случай и суровый поворот судьбы столкнулись с предрассудками, и результат оказался каким угодно, только не положительным.
Танос вернулся домой настолько подавленным и пораженным событиями, что даже отец заметил его состояние. Смиренно вздохнув, Ментор поинтересовался, что случилось.
Когда Танос пересказал произошедшее на тротуаре, отец только покачал головой.