По спине побежали мурашки. Что было бы, если бы он его не заметил? Что, если бы он продолжил свой путь, анализировал бы каждую планету, в конечном итоге ничего не нашел бы и решил, что пора заканчивать поиски? А потом покинул бы Келдимову Скорбь, не захватив даже маленького сувенира в знак того, что вообще побывал здесь, и без сведений, в которых он так отчаянно нуждался?
Но, напомнил себе Танос, этого не произошло. Он все же заметил маячок на датчиках и повел «Санктуарий» на орбиту.
Ча сейчас сказал бы, что «при гармонии во вселенной все оказывается на своем месте». И еще: «Ничего удивительного, что ты нашел то, что искал, Танос».
Титан напомнил себе: Ча был суеверным простаком, и даже к лучшему, что его больше нет.
Дочери Таноса подошли к стартовой площадке корабля. Шаттлы «Санктуария» были оборудованы не самыми передовыми двигателями, и для взлета им нужен был портал, из которого их, как камешек, выбрасывало в космос, а затем всасывало обратно, будто через соломинку. После того как на шаттле включались двигатели, открывались створки портала, и при изменении давления летательный аппарат вырывался в космос.
Танос надел защитный костюм, стараясь не вспоминать, когда он делал это в последний раз – перед спуском на поверхность Титана. Тогда он сварил себе скафандр из двух не подходящих ему по размеру. Теперь у него был подогнанный под него костюм, который читаури усовершенствовали с помощью собственных разработок.
– А что помешает нам угнать корабль и бросить тебя здесь? – дерзко спросила Небула.
– Два обстоятельства, – ответил Танос и начал отсчитывать их по пальцам. – Во-первых, вы не умеете поддерживать мощность двигателей, поэтому вам не хватит энергии, чтобы добраться до обжитой части космоса. Во-вторых, на текущем этапе подготовки вы – без меня в качестве уравновешивающей силы – поубиваете друг друга, не успев даже покинуть орбиту.
Девочки обменялись проницательными взглядами. Гамора ничего не сказала. Небула фыркнула, будто знала, что проиграла этот раунд, но не хотела этого признавать.
– Может, оно того стоит, – заявила она.
Пожав плечами, Танос направился в шаттл, но затем остановился, словно припоминая что-то из давнего прошлого, и снова обернулся к дочерям.
– Ах да. Есть еще одна причина, – сказал он. – На корабле установлена доработанная версия симпатического круговращения. Корабль взорвется, если улетит от меня дальше чем на световой год.
– Шах и мат, – констатировала Гамора. Она невольно улыбнулась.
Танос забрался в шаттл. Напоследок он бросил взгляд на Небулу, которая, нахмурившись, стояла в корабле. Открылся внешний шлюз, и шаттл бесцеремонно высосало наружу, где между Таносом и вакуумом остался лишь тонкий слой металла.
* * *
Шаттл скорее спикировал, чем долетел до поверхности спутника. Его слабые двигатели лучше всего подходили для маневрирования. Спутник был крупный и массивный, с сильной гравитацией, и шаттл стремительно несся ему навстречу.