Этот мир не щадит девочек Ивана.
Последовала продолжительная пауза; Наташа обдумывала варианты. Наконец, она попыталась снова:
– Ава, послушай. Может, ты не веришь, но я здесь, чтобы помочь тебе. Я пытаюсь не позволить Ивану Сомодорову поджарить тебя во второй раз. Я знаю, что это такое. Я ведь была рядом, помнишь?
И когда-то я была такой же, как ты.
– Ты была рядом? – Ава фыркнула. – Когда ты была действительно нужна, тебя рядом не было. И нечего вмешиваться в мою жизнь теперь, когда тебе вдруг захотелось почувствовать себя героем. Я прекрасно справлялась в одиночку с тех пор, как ты меня бросила.
– Прекрасно справлялась? – Наташа подняла бровь. – Ты сбежала. Живешь в подвале, питаешься в убежищах и столовых для бездомных. Фактически ты беспризорница.
Алекс был в шоке.
Щеки Авы вспыхнули.
– По крайней мере, я не шатаюсь по турнирам по фехтованию, пугая всех своим ненастоящим лицом.
Тони улыбнулся.
– Видите, вот это я называю коммуникацией. Ну вот, мы уже сдвинулись с мертвой точки. Мы уже начали делиться мыслями.
Наташа тупо уставилась на нее. Все, сдаюсь.
– Кто-то сказал, перерыв? Я согласен. Отличная идея. – Алекс потянулся к Аве, но она отдернула руку. Она еще не закончила.
Ее глаза сверкали.
– Я так счастлива, что ты наблюдала, сестра. Так счастлива, что тебе было не все равно. – Она вытащила из кармана старый поцарапанный плеер и швырнула его через всю комнату. Наташа моргнула, но Ава не останавливалась: – Можешь забрать свой плеер. Забирай хоть все свои подарки, которые ты присылала мне на день рождения, без подписи, без открытки. Мне они были не нужны, – сказала Ава. – Мне был нужен друг. Хотя бы одно знакомое лицо в стране, полной чужих людей. Наверное, я слишком многого хотела.
– Пойдем, Ава. – Алекс бережно положил руку ей на плечо.
Наташа попыталась снова:
– Просто выслушай меня. У меня есть идея. И я не позволю Ивану Сомодорову добраться до тебя. Даю слово.
Ну же.
Позволь помочь тебе.
Мы нужны, друг другу, хочется тебе этого или нет.
– Даешь слово? – Ава усмехнулась. – И где были твои слова последние восемь лет? Где были вы все? Все, что сделал для меня ЩИТ, – это запер в комнате ради моего же блага, но поверь, благом там и не пахло. Это благо – провести восемь лет в одиночестве? В «7Б», в машине без опознавательных знаков, в штабе, где наставник заставлял меня зубрить конституцию страны, которую я уже начинала ненавидеть.
Теперь уже Наташа побагровела от ярости.
– Ненавидеть? А они тебя били? Промывали тебе мозги? Сковывали тебя цепью? Заставляли воровать, лгать, убивать? – Наташа выкрикивала слова, не в силах остановиться. – Нет? Ну что ж, мне так жаль, что у тебя было мало времени на погремушки. Так жаль, что ты не попала на большие танцульки. Так жаль, что тебя кормили, одевали и пытались спасти от смерти.
Она помотала головой, чтобы отогнать воспоминания, снова и снова возникающие у нее перед глазами. Избиения и травмы. Провалы и угрозы. Шрамы, оставленные Иваном на ее коже и в ее психике.