– Верфь Одессы. Мы на месте. – Ава поднесла к глазам старое фото своей матери. На снимке ее мама стояла на фоне гофрированной металлической секции, а сбоку виднелось что-то похожее на верхнюю часть корабля. Рядом с кораблем была едва заметная табличка со свежей надписью «ВЕРФЬ ОДЕССЫ». – Наверное, это и есть доки.
– Думаешь, здесь мы найдем ответы? Узнаем, как разорвать связь? – Алекс заглянул ей через плечо и тоже посмотрел на фото, словно надеялся найти ответы в нем.
– Возможно. Ведь все началось здесь, верно? – Ава посмотрела на снимок, который изучала по пути из Москвы в Одессу, пытаясь вспомнить каждую черточку на лице своей матери. Но фотография была сделана очень давно, еще в те времена, когда эти доки – и семья Авы – переживали свои лучшие дни.
Обтянутой перчаткой рукой Алекс сквозь куртку сжал руку Авы.
– По крайней мере, здесь никто не пытается посадить нас под замок. Или стереть память. Мне и этого достаточно.
– Да, это прогресс, – согласилась Ава, поднося фото ближе к глазам.
Теперь в зимнем лунном свете она пыталась сравнить место на фото с судостроительной верфью. Доки не были похожи на доки с картинки и из Авиной памяти. Оттуда, где прятались Ава с Алексом – за пустыми нефтяными бочками, расставленными возле края воды, – было видно, как обветшал знак «ВЕРФЬ ОДЕССЫ» и все вокруг.
Ветхость коснулась не только таблички; кругом царила разруха – похоже, с тех пор, как Ава была здесь в последний раз, это место не видело ремонта. Костлявые бездомные кошки рыскали среди ржавчины, обломков и руин, а среди облаков в лунном свете мелькали птицы, похожие на стервятников. Почти все электрические лампочки по периметру забора включались и выключались, когда им вздумается. Даже снег казался грязным, а небо, такое же темное, как и покрытая сажей верфь под ним, предвещало очередную бурю.
Это место не для живых людей.
Только для таких призраков, кик я.
Ава старалась дышать глубже. Она чувствовала, как учащается пульс, как сердце в груди начинает колотиться быстрее. Усилием воли Ава попыталась унять дрожь в руке, чтобы фотография не тряслась.
Ведь это он, да? Тот самый склад с фотографии?
Отсюда все началось, и вот я снова здесь.
Рассуждая логически, Ава понимала, что пришла сюда по своей воле, но сам вид этого места внушал мысль, что ей никогда от всего этого не избавиться; казалось, прошлое не отпустит ее и всегда будет тянуть к себе, как бы она ни старалась сбежать.
Нет. Это не моя жизнь. Это не я.
Это всего лишь место, где я жила когда-то.
Ава постаралась отогнать эти мысли и повернулась к Алексу.
– Похоже, мы не ошиблись. Видишь табличку? «Одесский судоремонтный склад».
Алекс сверил выгоревший каркас здания с фото, пытаясь в холодном лунном свете прикинуть его размеры.
– Думаю, ты права. Кажется, именно этот склад ты раз десять рисовала в своем блокноте.
Ава вздрогнула.
– Знаю.
– Значит, здесь все началось?
Она кивнула.
Алекс осмотрел верфь и грузовые корабли.