Я пыталась найти способ, при котором это не звучало бы как какие-то внеклассные занятия. Я слышу, как Мария вертится в своей кровати, а затем, когда она снова начинает говорить, её голос приобретает необычный акцент и начинает сочиться сахаром: – Тебе нужно научиться любить саму себя прежде, чем это сделает кто-нибудь ещё, дорогуша! – И как ты только не закатываешь глаза при этом, – со смехом спрашиваю я. Мы молчим. – Я хороший пилот. – Голос Марии, сильный и гордый, разносится по всему помещению. Моё лицо расплывается в широкой улыбке. Я знаю, как тяжело ей было сказать это, потому что и мне так или иначе пришлось признаться в этом Джеку сегодняшним днём. – Я хороший пилот, – вторю ей я. И снова на долгое время воцаряется тишина. Пока... – Мы такие нелепые, – говорит Мария, и я в кромешной тьме могу почувствовать её улыбку. – Такие нелепые, – со смехом повторяю я.