Чтение книги: Капитан Марвел. Быстрее. Выше. Сильнее

Мы быстренько сканируем окружающую местность. И одновременно находим его. Он стоит на самом краю ликующих толп и держит в руках маленький белый «Полароид» с радужной полоской на корпусе. Второй рукой Том безуспешно пытается утереть слёзы, текущие у него по щекам. Он видит нас и лишь качает головой и смеётся.

– Это всё вы виноваты, – фыркает он, когда мы единой приливной волной накатываем на него. Он сгребает в объятия всех нас и прижимает к себе, его тело сотрясается от наконец-то хлынувших наружу эмоций. Кажется, что мы обнимаемся уже несколько часов, что для толпы людей, не любящих обнимашки[25], уже выходит за рамки их зоны комфорта.

Когда мы, наконец, размыкаем объятия, я замечаю, что мы по-прежнему продолжаем цепляться друг за друга – держимся за руки, придерживаем под руки и обнимаем за плечи.

– Где ты раздобыл камеру? – спрашивает Пьерр.

– Это моя.

Мы все недоверчиво глядим на Бьянки.

– Мама прислала её недавно, потому что ей казалось, что я недостаточно рассказываю о своих буднях в академии, – говорит он, краснея.

– Как ты пронёс её сюда? – интересуется Мария.

– Очень осторожно, – отвечает он, изогнув бровь.

Мы оглядываем толпу и видим, что другие эскадрильи также делают групповые фото и наслаждаются окончанием (почти) Признания. Затем мы замечаем Нобл, она сидит на траве в компании ещё нескольких человек из своей эскадрильи. Мы зовём её и спрашиваем, не согласится ли она сделать фото всей нашей компании. Пять раз.

– Пять раз. Одно и то же фото? – спрашивает она.

– Пять фоток. Нас тоже пятеро, – поясняет Пьерр.

– Мне кажется, что вам здесь нужен фотокопировальный аппарат, – говорит Нобл, произнося слова «фотокопировальный» и «аппарат» с особенным пренебрежением.

– Так ты сфоткаешь нас или нет? – нетерпеливо интересуется Мария.

– Да, я вполне физически и интеллектуально способна сделать одно и то же фото пять раз подряд, – отвечает она.

– Тут в буквальном смысле сотни людей! И как из всего этого скопища народа мы умудрились выбрать Нобл? – С улыбкой спрашиваю я в пустоту.

– Потому что вы меня любите, – говорит она, протягивая руку за камерой.

– Упаси нас Бог, но да, мы тебя любим, – отвечает Дель Орбе.

– Так, а теперь принимайте любые позы, в которых вы хотите позировать на пяти совершенно разных фотографиях, – сухо говорит Нобл.

Мария неподвижно стоит в центре. Она наш моральный полюс. Наш якорь. Пьерр и Дель Орбе встают с одной стороны от Марии, обняв друг друга за плечи, словно давно потерянные братья. Мы с Бьянки встаём с другой стороны. Бьянки, как самый высокий среди нас, делает небольшой шажок за меня. Я опираюсь на него, а он кладёт руку мне на плечо.

Мария протягивает мне руку, и я крепко сжимаю её. И, одна за другой, тяжело и страдальчески вздыхая, Нобл делает пять фотографий. По одной для каждого из нас.