Чтение книги: Прощай, горизонталь!

Опт Коддер воспользовался своей редкой удачей на полную катушку; ни до, ни после никому не удавалось подобраться к ангелу – живому или мертвому – настолько близко. Оправдывая репутацию тонко чувствующего художника, он выстроил кадр так, чтобы угасающее солнце, заходящее на вечернюю сторону Цилиндра, придало бледной щеке ангела красноватый оттенок, создавая впечатление, будто самка живая. Просто спит. Ведь если бы она и в самом деле умерла, не развеялась бы она по ветру и не отправилась бы туда, куда уходят ее сородичи? Куда, кстати?.. Эккстер до сих пор задавался этим вопросом, как и другие, кто раз за разом прочесывал скудные архивы. Возможно, где-нибудь на неизведанном участке поверхности здания есть место, в котором находят окончательное упокоение прелестные ангельские трупики. И остается после них не выбеленный скелет – он бы, надо полагать, тут же рассыпался прахом, – а что-то вроде шелкового лоскутка с серыми прожилками на месте розоватого кружева кровеносных сосудов.

А может, они просто падают: пробивают облачную завесу и летят себе ниже, если там внизу вообще что-то есть. Или падают вечно.

– Так мне искать покупателей или как?

Эккстер моргнул, и лицо Ленни Рэда вновь обрело четкость.

– Конечно, – сказал он, помолчав. – За этим я с тобой и связался. Сколько получится выручить, как думаешь?

«Продавай, недоносок. Такими вопросами ты обрекаешь себя на голодную смерть».

Ленни пожал острыми худыми плечами.

– Сейчас поспрашиваю кое у кого и вернусь к тебе.

Его лицо исчезло.

Эккстер отвернулся от стены к безоблачному небу. Через пару минут – скоростному Ленни редко требовалось больше – в ухе запиликал вызов и бледные очертания барыги проступили на фоне еще более бледного неба.

– Верхняя цена – две тысячи, Най, – произнес тот и заговорщицки подмигнул. – Но я выбил еще двести пятьдесят сверху.

Эккстер уставился на довольное, ухмыляющееся лицо.

– Две двести пятьдесят? И все?! – Нет, точно стоило сохранить запись у себя. – Да ты гонишь.

– Эй, между прочим, чистыми прямо тебе в карман, после вычета моей доли. Ну же, соглашайся. – Виртуальный голос Ленни источал мед. – Знаю, ты не против, да и тебе самому это нужно. Просто перепиши сертификат на меня, и дело в шляпе.

Тут вдруг до Эккстера дошло:

– Да ты же меня обдираешь! У тебя ведь еще доля с покупателя! – У него аж перехватило дыхание от гнева. – Занижаешь цену, скотина?

Острые плечи снова поднялись и опустились.

– Ничего не знаю, цена честная. Научные объединения вовсе не заинтересовались – всем уже давно известно, как ангелы делают «это». Так что никакого гениального открытия ты тут не совершил, понимаешь? Значит, оставалось давить на чисто эстетические качества. Я предложил запись отделу развлечений «Ищи-и-Обрети», а там мне такие: «Десять минут? Ну и сколько, по-твоему, мы заработаем на доступе к десятиминутной записи?» – Розовым пальцем Ленни как будто ткнул Эккстера в глаз. – Так что – две тысячи.

От людей подобного толка ничего другого ждать и не приходилось.