Чтение книги: Холод

Elizabeth BearChill© М. Головкин, перевод на русский язык, 2026© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026* * *Посвящается Томасу Ладегарду Глендаур Я духов вызывать могу из бездны. Хотспер И я могу, и каждый это может, Вопрос лишь, явятся ль они на зов. У. Шекспир, «Генрих IV», ч. I, действие 3, сцена 1[1]1. На полпути к подъему Когда огромный корабль пришвартован в гавани, то он, несомненно, находится в безопасности. Но… огромные корабли строят не для этого. Кларисса Пинкола-Эстес, «Письмо молодому активисту, живущему в неспокойные времена»Первым намеком на то, что сознание возвращается, стал ручеек ледяной воды, который тек по его векам, ресницам, ноздрям. За водой последовала прокатившаяся по телу волна боли, слишком мощная, чтобы симбионт мог ликвидировать или заглушить ее.Тристен Конн, лежавший в резервуаре, открыл глаза. Пока по нему стекала гипербарическая жидкость, его грудную клетку сдавил спазм. Сломанные ребра вонзились в тело. Резервуар выплеснул его, словно новорожденного, покрытого гирляндами окровавленной слизи, на пол.Тристен оттолкнулся от пола, но разбитые в мясо руки не смогли приподнять его лицо над лужей из насыщенной кислородом жидкости. Его стошнило. Слизь, подкрашенная синей кровью, потекла из его носа и рта, а с ней – яркие кусочки зубов и легких.Он не смог поднять голову. Он подумал: «И никого не стало», и пожалел о том, что не может считать себя мертвым.Он здесь. И если он ранен, значит, он жив. Рядом с разбитой щекой по полу тянулись синие щупальца; они встречались и сливались, словно ртуть, а затем отправляли свои рукава на поиски Тристена. Пока симбионт репатриировал обособившиеся от него части, боль усиливалась. Сломанные кости двигались в разорванном мясе; тело Тристена и его симбионт пытались излечиться.Он бы заскулил, но самым громким звуком, который мог вырваться из него, был свист затрудненного дыхания.Пока жидкость текла по его плечам и шее, он лежал и смотрел на казавшуюся бесконечной кривую капсул, протянувшуюся вдоль стены трюма. Вес всего этого пустого пространства придавил его к полу с той же силой, что и искусственная гравитация мира. Оказавшись в этом положении, Тристен получил время на размышления.Одна из его мыслей была: «Не странно ли, что открылся только мой резервуар?»♦ ♦ ♦Он лежал до тех пор, пока жидкость на его теле не превратилась в желтоватые корки, а по коже не побежали мурашки от холода. Боль от обломков костей уменьшалась по мере того, как симбионт возвращал скелет в порядок. Как только кости начали срастаться и пошел процесс исцеления разорванной плоти и ушибленных органов, мощность симбионта восстановилась до того уровня, когда он занялся болью. Тристен смог сделать вдох, не закричав, и почувствовал, как расширяется его грудная клетка и как изгибается диафрагма. Он прижал ладонь к рифленому покрытию пола.Ладонь расширилась, когда Тристен перенес на нее свой вес. Мышцы и кости внутри конверта из кожи выдержали.